ОПУБЛИКОВАНА ОБНОВЛЕННАЯ ВЕРСИЯ КЛИНИЧЕСКИХ РЕКОМЕНДАЦИЙ СЕПСИС (У ВЗРОСЛЫХ) - ВЕРСИЯ ОТ 04 ИЮЛЯ 2024
		Array
(
    [NAME] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование
    [~NAME] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование
    [PREVIEW_PICTURE] => Array
        (
            [ID] => 5675
            [TIMESTAMP_X] => 03.07.2024 11:15:55
            [MODULE_ID] => iblock
            [HEIGHT] => 561
            [WIDTH] => 1000
            [FILE_SIZE] => 134428
            [CONTENT_TYPE] => image/jpeg
            [SUBDIR] => iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h
            [FILE_NAME] => clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg
            [ORIGINAL_NAME] => clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg
            [DESCRIPTION] => 
            [HANDLER_ID] => 
            [EXTERNAL_ID] => 0dcbe4f87d8391f7756606dfbeab156e
            [VERSION_ORIGINAL_ID] => 
            [META] => 
            [SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg
            [UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg
            [SAFE_SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg
            [ALT] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование
            [TITLE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование
        )

    [~PREVIEW_PICTURE] => 5675
    [DETAIL_TEXT] => 

ORIGINAL

Ch  Lillegard , T Rustoen, S Beitland, K Puntillo, M Hagen,A Lerdal and K Hofso

Self‑reported symptoms experienced by intensive care unit patients: a prospective observational multicenter study 

Intensive Care Med (2023) 49:1370–1382 doi.org/10.1007/s00134-023-07219-0

 

Абстракт

Целью данного исследования является описание распространенности, интенсивности и дистресса пяти симптомов у пациентов отделений интенсивной терапии (ОИТ), а также изучение возможных прогностических факторов, связанных с интенсивностью симптомов.  Это проспективное когортное исследование пациентов ОИТ.Анкета по симптомам (т. е. опрос пациентов по симптомам) использовалась для описания распространенности, интенсивности и страдания от боли, жажды, беспокойства, усталости и одышки в течение семи дней в ОИТ.Связи между интенсивностью симптомов и возможными прогностическими факторами оценивались с использованием модели обобщенного оценочного уравнения (GEE). 

Результаты: Из 603 подходящих пациентов 353 (выборка 2) были включены в настоящее исследование. В первый день в ОИТ 195 пациентов (выборка 1) сообщили о жажде как о наиболее распространенном симптоме (66%) с самым высоким средним показателем интенсивности (6,13, 95% доверительный интервал (ДИ) [5,7–6,56]). Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (средний балл 6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом в течение семи дней пребывания в ОИТ. Самым мучительным (средний балл 5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]) симптомом в первый день и в течение семи дней была тревожность (средний балл 5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). В течение семи дней введение анальгетиков и диагностика сепсиса ассоциировались с увеличением интенсивности жажды. Пожилой возраст и ИВЛ легких были связаны со снижением интенсивности боли, а введение анальгетиков было связано с увеличением интенсивности боли. Посещения родственников и женский пол были связаны с повышенной интенсивностью тревожности и одышкой соответственно. 

Пациенты ОИТ, сообщившие о себе сами, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней пребывания в ОИТ. Определенные переменные были связаны со степенью интенсивности симптомов, но для лучшего понимания этих связей необходимы дальнейшие исследования. 

Ключевые слова: пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов.

Основное заключение

Пациенты, способные самостоятельно сообщить о своем заболевании, испытывают высокую и постоянную тяжесть симптомов во время лечения в ОИТ. Обязательна регулярная оценка симптомов, и врачи должны инициировать меры по облегчению симптомов для улучшения комфорта пациента.

Введение 

Лечение в ОИТ увеличило выживаемость пациентов с тяжелыми заболеваниями и травмами [1–3]. Тем не менее, современное использование меньшего количества седативных препаратов заставляет пациентов бодрствовать [4], быть внимательными и склонными к появлению беспокоящих симптомов. Более пристальное внимание к симптомам пациентов может стать первым шагом к улучшению выздоровления после лечения в ОИТ или, в случае неэффективности лечения, к обеспечению более спокойной смерти. Поскольку симптомы, по определению, представляют собой воспринимаемый опыт, предоставление пациентам возможности сообщить о своих симптомах является золотым стандартом оценки симптомов [5].

Недавние исследования описали различные симптомы и дискомфорт у различных групп пациентов в ОИТ [6, 7].Однако в некоторых исследованиях оценивался только один симптом или их интенсивность, что не отражает сложности симптомов; некоторые используют ретроспективные модели, что особенно проблематично при попытке выявить опыт пациентов в реальном времени [6–9]. Другие исследования имели обширные критерии исключения, что уменьшало возможность обобщения результатов на общую популяцию пациентов ОИТ [10]. В целом, исследований, сообщающих о симптомах с первых дней пребывания в ОИТ мало [8, 11]. Поступление в ОИТ терапии носит стрессовый характер и связано с неясными клиническими ситуациями, рядом процедур и, следовательно, потенциально представляет высокий риск неустранения симптомов [12–14].

Более 10 лет назад Puntillo  et al.  оценили распространенность, интенсивность и страдания десяти симптомов в гетерогенной группе пациентов ОИТ, заложив основу для будущих, более обширных исследований симптомов [11]. Что неизвестно, так это текущий статус симптомов пациентов ОИТ терапии и факторы, которые потенциально могут предсказать интенсивность определенных симптомов [11, 15]. Таким образом, основная цель данного исследования состояла в том, чтобы описать несколько аспектов (т. е. распространенность, интенсивность и дистресс) пяти симптомов, рекомендуемых для ежедневной оценки [16] (т. е. жажды, боли, беспокойства, усталости, одышки) в гетерогенной среде пациентов, находящихся в  ОИТ, более семи дней. Вторая цель заключалась в том, чтобы исследовать связи между интенсивность пяти симптомов и избранными демографическими и клиническими переменными, которые, как мы ожидали, будут связаны с этими симптомами в течение семи дней.

Методы 

Это проспективное когортное исследование проводилось как многоцентровое обсервационное исследование, изучающее симптомы у пациентов и отдаленные результаты в течение первого года после поступления в ОИТ (NCT 03714230). Пациенты были последовательно набраны из шести соматических и хирургических ОИТ терапии двух больниц Норвегии в период с октября 2018 года по июнь 2020 года. Исследование проводилось в соответствии с этическими принципами медицинских исследований, изложенными в Хельсинкской декларации.Письменное информированное согласие на участие в исследовании было получено от пациентов или временно от членов их семей до тех пор, пока пациенты не смогли дать согласие. Пациенты, умершие до получения добровольного согласия, были оставлены в исследовании. Региональный комитет по этике медицинских исследований одобрил исследование (номер одобрения 2017/990-1), как и сотрудники по защите данных в соответствующих больницах. Настоящее исследование соответствует рекомендациям по отчетности в соответствии с программой «Совершенствование отчетности по обсервационным исследованиям в эпидемиологии» (STROBE) [17].

Исследуемая популяция 

Включались пациенты ОИТ старше 18 лет, которые и имели один из этих критериев включения; необходимость искусственной вентиляции легких (ИВЛ), необходимость непрерывной вазоактивной терапии или пребывания в ОИТ более 24 часов. Все пациенты, которые соответствовали критериям включения, были последовательно включены в исследование, и ежедневная оценка симптомов начиналась немедленно с использованием самоотчета, когда это было возможно, или прокси-отчета медсестрыы. Если пациенты не хотели участвовать, когда они были способны самостоятельно сообщить и дать согласие, все данные об этих пациентах были удалены. В настоящем исследовании использовались только данные, сообщаемые пациентами. Пациенты исключались из исследования, если они имели заранее определенный когнитивный дефицит, как описано в медицинской карте (например, деменция), были бездомными, не могли читать и писать по-норвежски, были госпитализированы для сохранения органов или были повторно госпитализированы в ОИТ в течение 72 часов.

Исход 

Результатом исследования была информация о симптомах, сообщаемая самими пациентами, измеренная в первый день и в течение семи дней с использованием опроса симптомов пациентов (PSS) [11]. Выборка 1 содержит пациентов, у которых с первого дня оценивалась только симптоматика; Выборка 2 содержит пациентов с оценками в течение семи дней (включая день 1). Первый день пребывания в ОИТ определялся как день поступления, а для тех, кто был госпитализирован поздно вечером, - следующий день (первый полный день).

Сбор данных 

Показатели результатов, сообщаемые пациентами (PROM), в отношении информации о физическом и психическом здоровье до поступления в ОИТ (данные до ОИТ) были получены от пациентов после их включения в исследование в ОИТ. Во время пребывания в ОИТ пациентов просили оценить свои симптомы один раз в день в течение семи дней. Клинические переменные были получены из медицинских записей. Либо пациенты, либо члены их семей сообщили информацию о демографических данных пациентов. 

Данные до ОИТ 

Астению оценивали  с помощью шкалы клинической слабости (Clinical Frailty Scale CFS), где пациенты давали субъективную оценку своему состоянию здоровья до поступления в ОИТ [18]. Слабость описывается девятью классами: от очень здорового до неизлечимо больного. Этот инструмент оказался действенным, надежным и простым в использовании даже у молодых пациентов в критическом состоянии [19]. CFS  была разделен на три категории: без астении предастения и астения [20]. Индекс коморбидности Чарльсона (CCI) рассчитывали и использовали для определения предкоморбидного профиля пациентов [21]. Уровни тревоги и депрессии пациентов до поступления в ОИТ измерялись с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale HADS) [22]. Шкала состоит из 14 пунктов с двумя подшкалами, включающими по семь вопросов каждая: HADS-тревога (HADS-A) и HADS-депрессия (HADS-D). Оба оцениваются по шкале Лайкерта (0–3). Суммарные баллы по каждой подшкале варьируют от 0 до 21. Каждая подшкала указывает на состояния тревоги или депрессии, при этом пороговый балл ≥ 8 указывает на состояния тревоги и депрессии [23].HADS показал хорошие психометрические свойства у пациентов, поступивших в отделение неотложной медицинской помощи в Норвегии [24].

Демографические и клинические данные 

Демографические данные включали возраст, пол, образование, совместное проживание и ситуацию на работе.Данные о посещениях пациентов членами семьи (в течение четырех часов после оценки) и использование лекарств (т. е. опиоидов или седативных средств, да/нет), введенных в течение шести часов до того, как оценка была собрана в медицинских картах. Уровень настороженности или возбуждения классифицировали в соответствии с Richmond Agitation-Sedation Scale  (RASS), заполненной во время оценки симптомов медсестрой-исследователем [25]. Что касается интенсивности заболевания, мы собрали данные по упрощенной шкале SAPS II [26] из медицинских записей. Данные о типе  в ОИТ (т. е. хирургическое или соматическое) и основной причине поступления  (например, респираторная, сердечно-сосудистая, гастроэнтерологическая) были собраны из медицинских записей в дополнение к данным об инвазивной  (IMV) и неинвазивной механической вентиляции (NIV).

Оценка симптомов 

Симптомы оценивались с использованием контрольного списка симптомов PSS, списка симптомов из десяти пунктов, разработанного на основе утвержденной Эдмонтонской шкалы оценки симптомов  скорректированной для ОИТ [11]. Puntillo et al. проверили достоверность контрольного списка из 10 пунктов в предыдущем пилотном исследовании, и респонденты смогли различать симптомы и диапазоны интенсивности и дистресса [27].

Позже была установлена  валидность, когда пациенты с бредом и без делирия могли различать наличие или отсутствие симптомов, а также интенсивность симптомов и дистресс [11]. Для настоящего исследования мы выбрали пять симптомов (т.е. боль, жажда, беспокойство, усталость и одышка) из исходного PSS, чтобы повысить осуществимость сбора данных, как рекомендовано Chanques et.al. [16]. Модифицированный контрольный список с пятью симптомами был протестирован исследовательской группой на предмет достоверности и осуществимости на пациентах ОИТ Норвегии. Пациентов просили оценить свои симптомы в настоящий момент.Интенсивность измерялась по шкале Лайкерта от 0 до 10 (0 = отсутствие интенсивности, 10 = наихудшая возможная интенсивность) и дистресс от 0 до 10 (0 = отсутствие дистресса, 10 = максимально возможный дистресс). Все члены исследовательской группы были обучены обеспечивать последовательность оценки симптомов и отчетности. Обучение повторялось во время сбора данных, чтобы обеспечить соблюдение процедуры.

Статистический анализ 

Категориальные данные описываются как количества и проценты, а непрерывные данные представлены как среднее и стандартное отклонение (SD) (данные с нормальным распределением) или медиана и межквартильный размах (IQR) (данные с асимметричным распределением). Поскольку одни и те же пациенты могли сообщать об этом в течение семи дней и, таким образом, были статистически зависимыми, мы построили многомерные линейные регрессионные модели с использованием метода обобщенных оценочных уравнений (GEE).  GEE допускает случайное отсутствие данных в разных временных точках, например, нет необходимости в интерполяции [28]. Для каждого из выбранных симптомов была подобрана одна модель. Модели исследовали связи между каждым из пяти симптомов (т. е. жаждой, болью, тревогой, усталостью и одышкой) как зависимыми переменными и одним и тем же списком возможных прогностических факторов (т. е. возрастом, полом, SAPS II, CCI, оценка слабости, основная причина поступления в отделение интенсивной терапии, тип поступления в отделение интенсивной терапии, общий балл по HADS-A, общий балл по HADS-D, уровень образования, искусственная вентиляция, введение анальгетиков, введение седативных средств, посещения родственниками во время пребывания в ОИТ). Выбор этих возможных прогностических факторов был основан на эмпирических и клинических соображениях и определен консенсусом исследовательской группы.

Выбранные нами ковариаты и переменные результата оценивались в течение семи дней. Модели GEE оценивают общее влияние ковариаты, оцененной за определенный период времени, на результат, усредненный за тот же период времени. Таким образом, мы оценили средний эффект ковариаты на средний уровень результата. Каждому симптому присваивался нулевой код, если у пациента не было данного симптома, а любая оценка выше нуля (1–10) кодировалась как интенсивность симптома. Кроме того, все оценки симптомов в течение семи дней были сведены к одному среднему баллу интенсивности для каждого пациента. На первом этапе был проведен одномерный анализ для всех независимых переменных. На втором этапе переменные со значениями p ≤ 0,10 из одномерного анализа были включены в многомерные модели, а модели были дополнительно скорректированы с учетом возраста и пола [29]. Результаты моделей GEE представлены с коэффициентами регрессии (оценка β с 95% доверительным интервалом (ДИ)). Значения P менее 0,05 считались статистически значимыми в многомерных моделях. Статистический анализ проводился с использованием SPSS 28 для Windows (IBM SPSS, Чикаго, Иллинойс, США).

Результаты 

В общей сложности право на включение имели 1234 пациента, из них 603 соответствовали критериям включения.Из них 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1), а 353 пациента смогли самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз во время пребывания в ОИТ (выборка 2) (Fig . 1), что составляет, таким образом, два образца в настоящем исследовании. При семидневном обследовании средний возраст составлял 63 года (IQR 48–73), 60,3% составляли мужчины, и у большинства этих пациентов были соматические заболевания как причина для госпитализации (63,5%).


У 38,8% использовали  IMV и 22,4% - NIV. Из пациентов с IMV 18 были интубированы перорально на время оценки симптомов, пять из них предоставили полную оценку симптомов (распространенность, интенсивность, дистресс), а 13 пациентов смогли сообщить только о наличии симптомов (да/нет). Наиболее частыми причинами поступления в ОИТ были респираторная (21,5%), кардиальная (17,6%) и гастроинтестинальная (16,7%) недостаточность. Средняя продолжительность пребывания в ОИТ составила 2,8 (IQR 1,7–5,2) дней, а средний балл SAPS II составил 38 (IQR 28–50). Выборки  1 и  2 были схожими в отношении клинических и демографических переменных, за исключением основной причины поступления в ОИТ терапии и времени  IMV (Table  1).


Распространенность, интенсивность и дискомфорт от симптомов в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1) 

В течение первого дня пребывания в ОИТ 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах (Table 2).Жажда была наиболее распространенным симптомом (66%) и имела самый высокий средний балл интенсивности (6,13, 95% ДИ [5,7–6,56]). Тревога была наименее распространенным симптомом (24%), но имела самый высокий средний балл дистресса (5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]). 


Распространенность, интенсивность и интенсивность симптомов в течение семи дней (выборка  2) 

В течение семи дней 353 пациента сообщили о симптомах 668 раз (в среднем 2 оценки на пациента) (Table  2).Большинство пациентов были переведены до третьего дня (средняя продолжительность пребывания в ОИТ (LOS): 2,8 дня), что объясняет низкое количество обследований на одного пациента. Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом. Тревога была симптомом с самой низкой распространенностью (25%) в течение семи дней, но с самым высоким средним баллом дискомфорта (5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). Боль имела самый низкий средний балл интенсивности (4,61, 95% ДИ [4,31–4,9]), а усталость — самый низкий средний балл дискомфорта (3,5, 95% ДИ [3,13–3,87]).

Связь между интенсивностью и возможными прогностическими факторами (выборка 2)

 Результаты многомерного GEE-анализа возможных прогностических факторов для всех пяти симптомов перечислены в Tables 3a–e . Модель интенсивности жажды GEE показала, что как диагноз сепсиса (B = 1,71, 95% ДИ [0,58–2,84]), так и прием анальгетиков (B = 0,88, 95% ДИ [0,18–1,59]) были связаны с увеличением интенсивности жажды (Table 3a). Увеличение возраста (B = – 0,04, 95% ДИ [от – 0,07 до – 0,02]) было связано со снижением интенсивности боли. ИВЛ была связана с более низкими показателями интенсивности боли (B = - 0,9, 95% ДИ [от - 1,48 до - 0,32]), а введение анальгетиков в течение последних шести часов до оценки симптомов было связано с более высокими показателями интенсивности боли (B = 1, 95%ДИ [0,49–1,5]) (Table 3b ). Посещения членов семьи во время пребывания в ОИТ  были связаны с большей тревожностью (B = 0,64, 95% ДИ [0,04–1,24]) (Table  3с ). Женский пол был связан с усилением одышки (B = 0,56, 95% ДИ [0–1,11]) (Table 3e ). Ни один из выбранных возможных прогностических факторов не был связан с интенсивностью чувства усталости утомления в многомерном анализе (Table 3d).





Обсуждение 

Основным выводом настоящего исследования было то, что пациенты сообщали о постоянно высоком бремени симптомов на протяжении семи дней пребывания в ОИТ. Наиболее распространенным симптомом была жажда, за которой следовали усталость, боль, одышка и беспокойство. Жажда была самым интенсивным симптомом, а беспокойство было самым тревожным симптомом. Действительно, считается, что почти одинаковая оценка интенсивности симптомов, равная 5 для всех симптомов, отражает, по крайней мере, умеренную степень интенсивности [30]. Предыдущие исследования жажды показали, что распространенность жажды составляет от 70% до 76% [11, 31–33] по сравнению с 64–67% в настоящем исследовании. Мы обнаружили, что средний показатель интенсивности жажды составил 6,13 для каждого из семи дней. В разных исследованиях для измерения показателей интенсивности жажды использовались разные шкалы. . Puntillo et al.  определили  среднюю интенсивность жажды  как 2,16 из 3 [11], в то время как  Negro et al . как 5,4 из 10 [33]. Парадоксально то, что жажда является наиболее распространенным и наиболее интенсивным симптомом у пациентов ОИТ  и до сих пор не оценивается и не корригируется в рутинной практике. Одно исследование показало, что уход за полостью рта влияет на восприятие жажды только в течение одного часа, что подчеркивает важность частого облегчения жажды [34]. Простые жгуты доказали свою эффективность в повышении комфорта пациента [8, 35, 36]. Поэтому рутинная оценка и лечение жажды должны проводиться в рамках ежедневного ухода [8, 37, 38].

В этом исследовании введение анальгетиков было связано с более высокой интенсивностью жажды. Этот вывод аналогичен исследованию Stotts et al. которые обнаружили, что наличие жажды можно предсказать по высоким дозам опиоидов [15]. Однако Lin et al. показали, что употребление опиоидов не является фактором риска возникновения жажды [31]. Это несоответствие может заключаться в том, что в этих двух исследованиях для снятия боли использовались разные дозы опиоидов или что жажда подавлялась по-разному. Неожиданным и необъяснимым результатом стало то, что диагноз сепсиса был связан с увеличением интенсивности жажды. Мы не смогли исследовать влияние баланса жидкости пациента на жажду из-за неполных данных. Однако Stotts et al.не обнаружили статистически значимых различий в балансе жидкости между пациентами, сообщавшими о жажде, и теми, кто этого не сообщал [15].

Тревога была наименее распространенным симптомом в настоящем исследовании, но имела самые высокие средние показатели дистресса.  По теории неприятных симптомов (TOUS), дистресс – это степень, в которой человека беспокоит симптом [39]. Этот вывод подтверждает важность изучения многочисленных аспектов симптомов и оценки психологических аспектов переживания симптомов пациентом.  Удивительно, но мы обнаружили, что посещения членов семьи были связаны с более высоким показателем интенсивности тревожности. Напротив, недавний систематический обзор и метаанализ показали, что гибкий график посещений может уменьшить симптомы тревоги [40]. Другие обнаружили, что разлука с членами семьи была вторым по значимости стрессовым опытом для пациентов [10].

Мы отметили визиты членов семьи за четыре часа до сбора данных. Возможно, пациенты чувствовали большую тревогу после того, как семья уехала, и этот опыт был связан с увеличением показателей тревожности, или с тем, что тревожные пациенты были теми, кого чаще всего посещали. Другая причина может заключаться в том, что пациенты были свидетелями того, как члены семьи беспокоились, видя их больными. Из-за этого у больного усилилось чувство беспокойства. Однако наш необъяснимый вывод о посещениях родственников не должен способствовать ограничению посещений родственников, а должен быть дополнительно изучен в будущих исследованиях.

О боли сообщили 36% пациентов в настоящем исследовании, а пациенты, получавшие анальгетики, сообщили о более высоком балле интенсивности боли, чем пациенты, не принимавшие таких лекарств. Одно исследование показало, что прием опиоидов перед процедурой является фактором риска более высокой интенсивности  боли при процедуре[12]. Тем не менее, недавнее исследование боли при манипуляциях показало противоположные результаты [41]. У нас была информация только о том, что анальгетик был введен в течение шести часов до оценки боли. Следовательно, возможно, что боль усилилась в период между введением анальгетиков и оценкой симптомов, введение могло быть слишком близким к оценке симптомов или лечение боли могло быть неадекватным. Мы также обнаружили, что пациенты на искусственной вентиляции, сообщали о меньшей интенсивности боли. Этот вывод согласуется с недавним исследованием пациентов ОИТ в Норвегии [41].

В настоящем исследовании 66% пациентов на искусственной вентиляции, получали анальгетики, что позволяет предположить наличие связи между ИВЛ и болью, выходящей за пределы применения анальгетиков. Однако эта связь требует дальнейшего изучения. Наконец, мы обнаружили, что больший возраст связан с меньшей интенсивностью боли. Этот вывод согласуется с недавними исследованиями пациентов ОИТ [14, 41]. Однако два других исследования показали противоречивые результаты, в которых больший возраст не был связан с меньшей интенсивностью боли, как при манипуляциях, так и для пациентов в критическом состоянии [42, 43]. Таким образом, группы исследователей и методы лечения боли различаются, что, возможно, объясняет разные результаты. Пациенты ОИТ часто отмечают одышку как тревожный симптом, о ней сообщила треть пациентов.Кроме того, это связано с тревогой у пациентов на искусственной вентиляции [44, 45]. Женский пол был единственным возможным прогностическим фактором, связанным с одышкой.

Исследование имеет некоторые ограничения. Симптомы оценивались только один раз в день; поэтому мы не знаем, наблюдались ли изменения симптомов в течение 24 часов. Кроме того, использование одного и того же списка возможных прогностических факторов в моделях GEE ограничивало наше исследование возможных прогностических факторов, специфичных для каждого симптома. Могут быть исследованы и другие факторы, изучающие качество лечения и ухода, такие как баланс жидкости, ограничение жидкости и мобилизация, а также влияние симптомов друг на друга. Поскольку это была отобранная группа пациентов, способных самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз в течение семи дней, результат настоящего исследования исследование не может быть распространено на всех пациентов ОИТ. Тем не менее, мы собрали данные проспективно из большой гетерогенной выборки взрослых пациентов в нескольких ОИТ и имели более длительное наблюдение - до семи дней.

Выводы 

Наше исследование показало, что пациенты ОИТ, сообщившие о себе, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней. Жажда была наиболее распространенным и интенсивным симптомом, но и другие изученные симптомы также были высокой интенсивности. Определенные факторы связаны со степенью интенсивности симптомов и дистресса. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше понять эти ассоциации и изучить меры по облегчению симптомов.

Ссылка на дополнительный материал (скачать)


References

1. Mehta S, McCullagh I, Burry L (2011) Current sedation practices: lessons learned from international surveys. Anesthesiol Clin 29(4):607–624.https:// doi. org/ 10. 1016/j. anclin. 2011. 09. 003

2. Lerolle N, Trinquart L, Bornstain C, Tadie JM, Imbert A, Diehl JL et al (2010) Increased intensity of treatment and decreased mortality in elderly patients in an intensive care unit over a decade. Crit Care Med 38(1):59–64. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3181 b088ec

3. Lindemark F, Haaland OA, Kvale R, Flaatten H, Johansson KA (2015) Age, risk, and life expectancy in norwegian intensive care: a registry-based population modelling study. PLOS ONE 10(5):e0125907. https:// doi. org/10. 1371/ journ al. pone. 01259 07

4. Devabhakthuni S, Armahizer MJ, Dasta JF, Kane-Gill SL (2012) Analgosedation:a paradigm shift in intensive care unit sedation practice. Ann Pharmacother 46(4):530–540. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

5. Barr J, Fraser GL, Puntillo K, Ely EW, Gelinas C, Dasta JF et al (2013) Clinical practice guidelines for the management of pain, agitation, and delirium in adult patients in the intensive care unit. Crit Care Med 41(1):263–306.https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 783b72

6. Kalfon P, Mimoz O, Auquier P, Loundou A, Gauzit R, Lepape A et al (2010) Development and validation of a questionnaire for quantitative assessment of perceived discomforts in critically ill patients. Intensive Care Med 36(10):1751–1758. https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​010-​1902-9

7. Dessotte CA, Rodrigues HF, Furuya RK, Rossi LA, Dantas RA (2016) Stressors perceived by patients in the immediate postoperative of cardiac surgery. Rev Bras Enferm 69(4):741–750. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

8. Tsai H-Y, Chao A, Hsiao W-L (2023) The effectiveness of cold oral stimuli in quenching postoperative thirst: a systematic review and meta-analysis. Intensive Critical Care Nurs 75:103359. https:// doi. org/ 10. 1016/j. iccn. 2022.103359

9. Granja C, Lopes A, Moreira S, Dias C, Costa-Pereira A, Carneiro A (2005) Patients’ recollections of experiences in the intensive care unit may affect their quality of life. Crit Care 9(2):R96. https:// doi. org/ 10. 1186/ cc3026

10. Zengin N, Oren B, Ustundag H (2020) The relationship between stressors and intensive care unit experiences. Nurs Crit Care 25(2):109–116. https://doi. org/ 10. 1111/ nicc. 12465

11. Puntillo KA, Arai S, Cohen NH, Gropper MA, Neuhaus J, Paul SM et al (2010) Symptoms experienced by intensive care unit patients at high risk of dying. Crit Care Med 38(11):2155–2160. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM.0b013 e3181 f267ee

12. Puntillo KA, Max A, Timsit J-F, Vignoud L, Chanques G, Robleda G, et al (2014) Determinants of procedural pain intensity in the intensive careunit. The Europain® study. Am J Respir Crit Care Med 189(1):39–47.https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 201306-​1174OC

13. Devlin JW, Skrobik Y, Gelinas C, Needham DM, Slooter AJC, Pandharipande PP et al (2018) Clinical Practice Guidelines for the Prevention and Management of Pain, Agitation/Sedation, Delirium, Immobility, and Sleep Disruption in Adult Patients in the ICU. Crit Care Med 46(9):e825–e873.https:// doi. org/ 10. 1097/ ccm. 00000 00000 003299

14. Kalfon P, Boucekine M, Estagnasie P, Geantot MA, Berric A, Simon G et al (2020) Risk factors and events in the adult intensive care unit associated with pain as self-reported at the end of the intensive care unit stay. Crit Care 24(1):685. https:// doi. org/ 10. 1186/ s13054-​020-​03396-2

15. Stotts NA, Arai SR, Cooper BA, Nelson JE, Puntillo KA (2015) Predictors of thirst in intensive care unit patients. J Pain Symptom Manage 49(3):530–538. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jpain symman. 2014. 07. 001

16. Chanques G, Nelson J, Puntillo K (2015) Five patient symptoms that you should evaluate every day. Intensive Care Med 41(7):1347–1350. https://doi. org/ 10. 1007/ s00134-​015-​3729-x

17. von Elm E, Altman DG, Egger M, Pocock SJ, Gotzsche PC, Vandenbroucke JP (2008) The Strengthening the Reporting of Observational Studies in Epidemiology (STROBE) statement: guidelines for reporting observational studies. J Clin Epidemiol 61(4):344–349. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jclin epi.2007. 11. 008

18. Rockwood K, Song X, MacKnight C, Bergman H, Hogan DB, McDowell I et al (2005) A global clinical measure of fitness and frailty in elderly people. CMAJ 173(5):489–495. https:// doi. org/ 10. 1503/ cmaj. 050051

19. Bagshaw SM, Majumdar SR, Rolfson DB, Ibrahim Q, McDermid RC,Stelfox HT (2016) A prospective multicenter cohort study of frailty in younger critically ill patients. Crit Care 20(1):175. https:// doi. org/ 10. 1186/s13054-​016-​1338-x

20. Flaatten H, De Lange DW, Morandi A, Andersen FH, Artigas A, Bertolini G et al (2017) The impact of frailty on ICU and 30-day mortality and the level of care in very elderly patients (≥ 80 years). Intensive Care Med 43(12):1820–1828.https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​017-​4940-8

21. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, MacKenzie CR (1987) A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: development and validation. J Chronic Dis 40(5):373–383. https:// doi. org/ 10. 1016/0021-​9681(87) 90171-8

22. Zigmond AS, Snaith RP (1983) The hospital anxiety and depression scale. Acta Psychiatr Scand 67(6):361–370. https:// doi. org/ 10. 1111/j. 1600-​0447.1983. tb097 16.x

23. Snaith RP (2003) The hospital anxiety and depression scale. Health Qual Life Outcomes 1(1):29. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1477-​7525-1-​29

24. Helvik AS, Engedal K, Skancke RH, Selbak G (2011) A psychometric evaluation of the Hospital Anxiety and Depression Scale for the medically hospitalized elderly. Nord J Psychiatry 65(5):338–344. https:// doi. org/ 10.3109/ 08039 488. 2011. 560684

25. Sessler CN, Grap MJ, Brophy GM (2001) Multidisciplinary management of sedation and analgesia in critical care. Semin Respir Crit Care Med 22(2):211–226. https:// doi. org/ 10. 1055/s-​2001-​13834

26. Le Gall J-R, Lemeshow S, Saulnier F (1993) A New Simplified Acute Physiology Score (SAPS II) Based on a European/North American Multicenter Study. JAMA 270(24):2957–2963. https:// doi. org/ 10. 1001/ jama. 1993.03510 24006 9035

27. Li DT, Puntillo K (2006) A pilot study on coexisting symptoms in intensive care patients. Appl Nurs Res 19(4):216–219. https:// doi. org/ 10. 1016/j. apnr.2006. 01. 003

28. Zeger SL, Liang K-Y, Albert PS (1988) Models for longitudinal data: a generalized estimating equation approach. Biometrics 44(4):1049–1060.https:// doi. org/ 10. 2307/ 25317 34

29. Bursac Z, Gauss CH, Williams DK, Hosmer DW (2008) Purposeful selection of variables in logistic regression. Source Code Biol Med 3:17. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1751-​0473-3-​17

30. Serlin RC, Mendoza TR, Nakamura Y, Edwards KR, Cleeland CS (1995) When is cancer pain mild, moderate or severe? Grading pain severity by its interference with function. Pain 61(2):277–284. https:// doi. org/ 10.1016/ 0304-​3959(94) 00178-h

31. Lin R, Li H, Chen L, He J (2022) Prevalence of and risk factors for thirst in the intensive care unit: an observational study. J Clin Nurs. https:// doi.org/ 10. 1111/ jocn. 16257

32. Nelson JE, Meier DE, Oei EJ, Nierman DM, Senzel RS, Manfredi PL et al (2001) Self-reported symptom experience of critically ill cancer patients receiving intensive care. Crit Care Med 29(2):277–282. https:// doi. org/ 10.1097/ 00003 246-​20010 2000-​00010

33. Negro A, Villa G, Greco M, Ciriolo E, Luraschi EL, Scaramuzzi J et al (2021) Thirst in patients admitted to intensive care units: an observational study. Ir J Med Sci. https:// doi. org/ 10. 1007/ s11845-​021-​02817-7

34. Doi S, Nakanishi N, Kawahara Y, Nakayama S (2021) Impact of oral care on thirst perception and dry mouth assessments in intensive care patients:an observational study. Intensive Crit Care Nurs 66:103073. https:// doi.org/ 10. 1016/j. iccn. 2021. 103073

35. Puntillo K, Arai SR, Cooper BA, Stotts NA, Nelson JE (2014) A randomized clinical trial of an intervention to relieve thirst and dry mouth in intensive care unit patients. Intensive Care Med 40(9):1295–1302. https:// doi. org/10. 1007/ s00134-​014-​3339-z

36. VonStein M, Buchko BL, Millen C, Lampo D, Bell T, Woods AB (2019) Effect of a scheduled nurse intervention on thirst and dry mouth in intensive care patients. Am J Crit Care 28(1):41–46. https:// doi. org/ 10. 4037/ ajcc2 019400

37. Arai S, Stotts N, Puntillo K (2013) Thirst in critically ill patients: from physiology to sensation. Am J Crit Care 22(4):328–335. https:// doi. org/ 10. 4037/ajcc2 013533

38. Leemhuis A, Shichishima Y, Puntillo K (2019) Palliation of thirst in intensive care unit patients: translating research into practice. Crit Care Nurse 39(5):21–28. https:// doi. org/ 10. 4037/ ccn20 19544

39. Lenz ER, Pugh LC, Milligan RA, Gift A, Suppe F (1997) The middle-range theory of unpleasant symptoms: an update. Adv Nurs Sci 19(3):14–27. https:// doi. org/ 10. 1097/ 00012 272-​19950 3000-​00003

40. Nassar Junior AP, Besen B, Robinson CC, Falavigna M, Teixeira C, Rosa RG (2018) Flexible versus restrictive visiting policies in ICUs: a systematic review and meta-analysis. Crit Care Med 46(7):1175–1180. https:// doi. org/10. 1097/ ccm. 00000 00000 003155

41. Olsen BF, Valeberg BT, Jacobsen M, Smastuen MC, Puntillo K, Rustoen T (2021) Pain in intensive care unit patients—a longitudinal study. Nurs Open 8(1):224–231. https:// doi. org/ 10. 1002/ nop2. 621

42. van Dijk JFM, Zaslansky R, van Boekel RLM, Cheuk-Alam JM, Baart SJ, Huygen FJPM et al (2021) Postoperative pain and age: a retrospective cohort association study. Anesthesiology 135(6):1104–1119. https:// doi. org/ 10.1097/ aln. 00000 00000 004000

43. Stotts NA, Puntillo K, Stanik-Hutt J, Thompson CL, White C, Rietman Wild L (2007) Does age make a difference in procedural pain perceptions and responses in hospitalized adults? Acute Pain 9(3):125–134. https:// doi.org/ 10. 1016/j. acpain. 2007. 07. 001

44. Schmidt M, Demoule A, Polito A, Porchet R, Aboab J, Siami S et al (2011) Dyspnea in mechanically ventilated critically ill patients*. Crit Care Med 39(9):2059–2065. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 1e8779

45. Demoule A, Hajage D, Messika J, Jaber S, Diallo H, Coutrot M et al (2022) Prevalence, intensity, and clinical impact of dyspnea in critically Ill patients receiving invasive ventilation. Am J Respir Crit Care Med 205(8):917–926. https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 202108-​1857OC


[~DETAIL_TEXT] =>

ORIGINAL

Ch  Lillegard , T Rustoen, S Beitland, K Puntillo, M Hagen,A Lerdal and K Hofso

Self‑reported symptoms experienced by intensive care unit patients: a prospective observational multicenter study 

Intensive Care Med (2023) 49:1370–1382 doi.org/10.1007/s00134-023-07219-0

 

Абстракт

Целью данного исследования является описание распространенности, интенсивности и дистресса пяти симптомов у пациентов отделений интенсивной терапии (ОИТ), а также изучение возможных прогностических факторов, связанных с интенсивностью симптомов.  Это проспективное когортное исследование пациентов ОИТ.Анкета по симптомам (т. е. опрос пациентов по симптомам) использовалась для описания распространенности, интенсивности и страдания от боли, жажды, беспокойства, усталости и одышки в течение семи дней в ОИТ.Связи между интенсивностью симптомов и возможными прогностическими факторами оценивались с использованием модели обобщенного оценочного уравнения (GEE). 

Результаты: Из 603 подходящих пациентов 353 (выборка 2) были включены в настоящее исследование. В первый день в ОИТ 195 пациентов (выборка 1) сообщили о жажде как о наиболее распространенном симптоме (66%) с самым высоким средним показателем интенсивности (6,13, 95% доверительный интервал (ДИ) [5,7–6,56]). Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (средний балл 6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом в течение семи дней пребывания в ОИТ. Самым мучительным (средний балл 5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]) симптомом в первый день и в течение семи дней была тревожность (средний балл 5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). В течение семи дней введение анальгетиков и диагностика сепсиса ассоциировались с увеличением интенсивности жажды. Пожилой возраст и ИВЛ легких были связаны со снижением интенсивности боли, а введение анальгетиков было связано с увеличением интенсивности боли. Посещения родственников и женский пол были связаны с повышенной интенсивностью тревожности и одышкой соответственно. 

Пациенты ОИТ, сообщившие о себе сами, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней пребывания в ОИТ. Определенные переменные были связаны со степенью интенсивности симптомов, но для лучшего понимания этих связей необходимы дальнейшие исследования. 

Ключевые слова: пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов.

Основное заключение

Пациенты, способные самостоятельно сообщить о своем заболевании, испытывают высокую и постоянную тяжесть симптомов во время лечения в ОИТ. Обязательна регулярная оценка симптомов, и врачи должны инициировать меры по облегчению симптомов для улучшения комфорта пациента.

Введение 

Лечение в ОИТ увеличило выживаемость пациентов с тяжелыми заболеваниями и травмами [1–3]. Тем не менее, современное использование меньшего количества седативных препаратов заставляет пациентов бодрствовать [4], быть внимательными и склонными к появлению беспокоящих симптомов. Более пристальное внимание к симптомам пациентов может стать первым шагом к улучшению выздоровления после лечения в ОИТ или, в случае неэффективности лечения, к обеспечению более спокойной смерти. Поскольку симптомы, по определению, представляют собой воспринимаемый опыт, предоставление пациентам возможности сообщить о своих симптомах является золотым стандартом оценки симптомов [5].

Недавние исследования описали различные симптомы и дискомфорт у различных групп пациентов в ОИТ [6, 7].Однако в некоторых исследованиях оценивался только один симптом или их интенсивность, что не отражает сложности симптомов; некоторые используют ретроспективные модели, что особенно проблематично при попытке выявить опыт пациентов в реальном времени [6–9]. Другие исследования имели обширные критерии исключения, что уменьшало возможность обобщения результатов на общую популяцию пациентов ОИТ [10]. В целом, исследований, сообщающих о симптомах с первых дней пребывания в ОИТ мало [8, 11]. Поступление в ОИТ терапии носит стрессовый характер и связано с неясными клиническими ситуациями, рядом процедур и, следовательно, потенциально представляет высокий риск неустранения симптомов [12–14].

Более 10 лет назад Puntillo  et al.  оценили распространенность, интенсивность и страдания десяти симптомов в гетерогенной группе пациентов ОИТ, заложив основу для будущих, более обширных исследований симптомов [11]. Что неизвестно, так это текущий статус симптомов пациентов ОИТ терапии и факторы, которые потенциально могут предсказать интенсивность определенных симптомов [11, 15]. Таким образом, основная цель данного исследования состояла в том, чтобы описать несколько аспектов (т. е. распространенность, интенсивность и дистресс) пяти симптомов, рекомендуемых для ежедневной оценки [16] (т. е. жажды, боли, беспокойства, усталости, одышки) в гетерогенной среде пациентов, находящихся в  ОИТ, более семи дней. Вторая цель заключалась в том, чтобы исследовать связи между интенсивность пяти симптомов и избранными демографическими и клиническими переменными, которые, как мы ожидали, будут связаны с этими симптомами в течение семи дней.

Методы 

Это проспективное когортное исследование проводилось как многоцентровое обсервационное исследование, изучающее симптомы у пациентов и отдаленные результаты в течение первого года после поступления в ОИТ (NCT 03714230). Пациенты были последовательно набраны из шести соматических и хирургических ОИТ терапии двух больниц Норвегии в период с октября 2018 года по июнь 2020 года. Исследование проводилось в соответствии с этическими принципами медицинских исследований, изложенными в Хельсинкской декларации.Письменное информированное согласие на участие в исследовании было получено от пациентов или временно от членов их семей до тех пор, пока пациенты не смогли дать согласие. Пациенты, умершие до получения добровольного согласия, были оставлены в исследовании. Региональный комитет по этике медицинских исследований одобрил исследование (номер одобрения 2017/990-1), как и сотрудники по защите данных в соответствующих больницах. Настоящее исследование соответствует рекомендациям по отчетности в соответствии с программой «Совершенствование отчетности по обсервационным исследованиям в эпидемиологии» (STROBE) [17].

Исследуемая популяция 

Включались пациенты ОИТ старше 18 лет, которые и имели один из этих критериев включения; необходимость искусственной вентиляции легких (ИВЛ), необходимость непрерывной вазоактивной терапии или пребывания в ОИТ более 24 часов. Все пациенты, которые соответствовали критериям включения, были последовательно включены в исследование, и ежедневная оценка симптомов начиналась немедленно с использованием самоотчета, когда это было возможно, или прокси-отчета медсестрыы. Если пациенты не хотели участвовать, когда они были способны самостоятельно сообщить и дать согласие, все данные об этих пациентах были удалены. В настоящем исследовании использовались только данные, сообщаемые пациентами. Пациенты исключались из исследования, если они имели заранее определенный когнитивный дефицит, как описано в медицинской карте (например, деменция), были бездомными, не могли читать и писать по-норвежски, были госпитализированы для сохранения органов или были повторно госпитализированы в ОИТ в течение 72 часов.

Исход 

Результатом исследования была информация о симптомах, сообщаемая самими пациентами, измеренная в первый день и в течение семи дней с использованием опроса симптомов пациентов (PSS) [11]. Выборка 1 содержит пациентов, у которых с первого дня оценивалась только симптоматика; Выборка 2 содержит пациентов с оценками в течение семи дней (включая день 1). Первый день пребывания в ОИТ определялся как день поступления, а для тех, кто был госпитализирован поздно вечером, - следующий день (первый полный день).

Сбор данных 

Показатели результатов, сообщаемые пациентами (PROM), в отношении информации о физическом и психическом здоровье до поступления в ОИТ (данные до ОИТ) были получены от пациентов после их включения в исследование в ОИТ. Во время пребывания в ОИТ пациентов просили оценить свои симптомы один раз в день в течение семи дней. Клинические переменные были получены из медицинских записей. Либо пациенты, либо члены их семей сообщили информацию о демографических данных пациентов. 

Данные до ОИТ 

Астению оценивали  с помощью шкалы клинической слабости (Clinical Frailty Scale CFS), где пациенты давали субъективную оценку своему состоянию здоровья до поступления в ОИТ [18]. Слабость описывается девятью классами: от очень здорового до неизлечимо больного. Этот инструмент оказался действенным, надежным и простым в использовании даже у молодых пациентов в критическом состоянии [19]. CFS  была разделен на три категории: без астении предастения и астения [20]. Индекс коморбидности Чарльсона (CCI) рассчитывали и использовали для определения предкоморбидного профиля пациентов [21]. Уровни тревоги и депрессии пациентов до поступления в ОИТ измерялись с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale HADS) [22]. Шкала состоит из 14 пунктов с двумя подшкалами, включающими по семь вопросов каждая: HADS-тревога (HADS-A) и HADS-депрессия (HADS-D). Оба оцениваются по шкале Лайкерта (0–3). Суммарные баллы по каждой подшкале варьируют от 0 до 21. Каждая подшкала указывает на состояния тревоги или депрессии, при этом пороговый балл ≥ 8 указывает на состояния тревоги и депрессии [23].HADS показал хорошие психометрические свойства у пациентов, поступивших в отделение неотложной медицинской помощи в Норвегии [24].

Демографические и клинические данные 

Демографические данные включали возраст, пол, образование, совместное проживание и ситуацию на работе.Данные о посещениях пациентов членами семьи (в течение четырех часов после оценки) и использование лекарств (т. е. опиоидов или седативных средств, да/нет), введенных в течение шести часов до того, как оценка была собрана в медицинских картах. Уровень настороженности или возбуждения классифицировали в соответствии с Richmond Agitation-Sedation Scale  (RASS), заполненной во время оценки симптомов медсестрой-исследователем [25]. Что касается интенсивности заболевания, мы собрали данные по упрощенной шкале SAPS II [26] из медицинских записей. Данные о типе  в ОИТ (т. е. хирургическое или соматическое) и основной причине поступления  (например, респираторная, сердечно-сосудистая, гастроэнтерологическая) были собраны из медицинских записей в дополнение к данным об инвазивной  (IMV) и неинвазивной механической вентиляции (NIV).

Оценка симптомов 

Симптомы оценивались с использованием контрольного списка симптомов PSS, списка симптомов из десяти пунктов, разработанного на основе утвержденной Эдмонтонской шкалы оценки симптомов  скорректированной для ОИТ [11]. Puntillo et al. проверили достоверность контрольного списка из 10 пунктов в предыдущем пилотном исследовании, и респонденты смогли различать симптомы и диапазоны интенсивности и дистресса [27].

Позже была установлена  валидность, когда пациенты с бредом и без делирия могли различать наличие или отсутствие симптомов, а также интенсивность симптомов и дистресс [11]. Для настоящего исследования мы выбрали пять симптомов (т.е. боль, жажда, беспокойство, усталость и одышка) из исходного PSS, чтобы повысить осуществимость сбора данных, как рекомендовано Chanques et.al. [16]. Модифицированный контрольный список с пятью симптомами был протестирован исследовательской группой на предмет достоверности и осуществимости на пациентах ОИТ Норвегии. Пациентов просили оценить свои симптомы в настоящий момент.Интенсивность измерялась по шкале Лайкерта от 0 до 10 (0 = отсутствие интенсивности, 10 = наихудшая возможная интенсивность) и дистресс от 0 до 10 (0 = отсутствие дистресса, 10 = максимально возможный дистресс). Все члены исследовательской группы были обучены обеспечивать последовательность оценки симптомов и отчетности. Обучение повторялось во время сбора данных, чтобы обеспечить соблюдение процедуры.

Статистический анализ 

Категориальные данные описываются как количества и проценты, а непрерывные данные представлены как среднее и стандартное отклонение (SD) (данные с нормальным распределением) или медиана и межквартильный размах (IQR) (данные с асимметричным распределением). Поскольку одни и те же пациенты могли сообщать об этом в течение семи дней и, таким образом, были статистически зависимыми, мы построили многомерные линейные регрессионные модели с использованием метода обобщенных оценочных уравнений (GEE).  GEE допускает случайное отсутствие данных в разных временных точках, например, нет необходимости в интерполяции [28]. Для каждого из выбранных симптомов была подобрана одна модель. Модели исследовали связи между каждым из пяти симптомов (т. е. жаждой, болью, тревогой, усталостью и одышкой) как зависимыми переменными и одним и тем же списком возможных прогностических факторов (т. е. возрастом, полом, SAPS II, CCI, оценка слабости, основная причина поступления в отделение интенсивной терапии, тип поступления в отделение интенсивной терапии, общий балл по HADS-A, общий балл по HADS-D, уровень образования, искусственная вентиляция, введение анальгетиков, введение седативных средств, посещения родственниками во время пребывания в ОИТ). Выбор этих возможных прогностических факторов был основан на эмпирических и клинических соображениях и определен консенсусом исследовательской группы.

Выбранные нами ковариаты и переменные результата оценивались в течение семи дней. Модели GEE оценивают общее влияние ковариаты, оцененной за определенный период времени, на результат, усредненный за тот же период времени. Таким образом, мы оценили средний эффект ковариаты на средний уровень результата. Каждому симптому присваивался нулевой код, если у пациента не было данного симптома, а любая оценка выше нуля (1–10) кодировалась как интенсивность симптома. Кроме того, все оценки симптомов в течение семи дней были сведены к одному среднему баллу интенсивности для каждого пациента. На первом этапе был проведен одномерный анализ для всех независимых переменных. На втором этапе переменные со значениями p ≤ 0,10 из одномерного анализа были включены в многомерные модели, а модели были дополнительно скорректированы с учетом возраста и пола [29]. Результаты моделей GEE представлены с коэффициентами регрессии (оценка β с 95% доверительным интервалом (ДИ)). Значения P менее 0,05 считались статистически значимыми в многомерных моделях. Статистический анализ проводился с использованием SPSS 28 для Windows (IBM SPSS, Чикаго, Иллинойс, США).

Результаты 

В общей сложности право на включение имели 1234 пациента, из них 603 соответствовали критериям включения.Из них 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1), а 353 пациента смогли самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз во время пребывания в ОИТ (выборка 2) (Fig . 1), что составляет, таким образом, два образца в настоящем исследовании. При семидневном обследовании средний возраст составлял 63 года (IQR 48–73), 60,3% составляли мужчины, и у большинства этих пациентов были соматические заболевания как причина для госпитализации (63,5%).


У 38,8% использовали  IMV и 22,4% - NIV. Из пациентов с IMV 18 были интубированы перорально на время оценки симптомов, пять из них предоставили полную оценку симптомов (распространенность, интенсивность, дистресс), а 13 пациентов смогли сообщить только о наличии симптомов (да/нет). Наиболее частыми причинами поступления в ОИТ были респираторная (21,5%), кардиальная (17,6%) и гастроинтестинальная (16,7%) недостаточность. Средняя продолжительность пребывания в ОИТ составила 2,8 (IQR 1,7–5,2) дней, а средний балл SAPS II составил 38 (IQR 28–50). Выборки  1 и  2 были схожими в отношении клинических и демографических переменных, за исключением основной причины поступления в ОИТ терапии и времени  IMV (Table  1).


Распространенность, интенсивность и дискомфорт от симптомов в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1) 

В течение первого дня пребывания в ОИТ 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах (Table 2).Жажда была наиболее распространенным симптомом (66%) и имела самый высокий средний балл интенсивности (6,13, 95% ДИ [5,7–6,56]). Тревога была наименее распространенным симптомом (24%), но имела самый высокий средний балл дистресса (5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]). 


Распространенность, интенсивность и интенсивность симптомов в течение семи дней (выборка  2) 

В течение семи дней 353 пациента сообщили о симптомах 668 раз (в среднем 2 оценки на пациента) (Table  2).Большинство пациентов были переведены до третьего дня (средняя продолжительность пребывания в ОИТ (LOS): 2,8 дня), что объясняет низкое количество обследований на одного пациента. Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом. Тревога была симптомом с самой низкой распространенностью (25%) в течение семи дней, но с самым высоким средним баллом дискомфорта (5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). Боль имела самый низкий средний балл интенсивности (4,61, 95% ДИ [4,31–4,9]), а усталость — самый низкий средний балл дискомфорта (3,5, 95% ДИ [3,13–3,87]).

Связь между интенсивностью и возможными прогностическими факторами (выборка 2)

 Результаты многомерного GEE-анализа возможных прогностических факторов для всех пяти симптомов перечислены в Tables 3a–e . Модель интенсивности жажды GEE показала, что как диагноз сепсиса (B = 1,71, 95% ДИ [0,58–2,84]), так и прием анальгетиков (B = 0,88, 95% ДИ [0,18–1,59]) были связаны с увеличением интенсивности жажды (Table 3a). Увеличение возраста (B = – 0,04, 95% ДИ [от – 0,07 до – 0,02]) было связано со снижением интенсивности боли. ИВЛ была связана с более низкими показателями интенсивности боли (B = - 0,9, 95% ДИ [от - 1,48 до - 0,32]), а введение анальгетиков в течение последних шести часов до оценки симптомов было связано с более высокими показателями интенсивности боли (B = 1, 95%ДИ [0,49–1,5]) (Table 3b ). Посещения членов семьи во время пребывания в ОИТ  были связаны с большей тревожностью (B = 0,64, 95% ДИ [0,04–1,24]) (Table  3с ). Женский пол был связан с усилением одышки (B = 0,56, 95% ДИ [0–1,11]) (Table 3e ). Ни один из выбранных возможных прогностических факторов не был связан с интенсивностью чувства усталости утомления в многомерном анализе (Table 3d).





Обсуждение 

Основным выводом настоящего исследования было то, что пациенты сообщали о постоянно высоком бремени симптомов на протяжении семи дней пребывания в ОИТ. Наиболее распространенным симптомом была жажда, за которой следовали усталость, боль, одышка и беспокойство. Жажда была самым интенсивным симптомом, а беспокойство было самым тревожным симптомом. Действительно, считается, что почти одинаковая оценка интенсивности симптомов, равная 5 для всех симптомов, отражает, по крайней мере, умеренную степень интенсивности [30]. Предыдущие исследования жажды показали, что распространенность жажды составляет от 70% до 76% [11, 31–33] по сравнению с 64–67% в настоящем исследовании. Мы обнаружили, что средний показатель интенсивности жажды составил 6,13 для каждого из семи дней. В разных исследованиях для измерения показателей интенсивности жажды использовались разные шкалы. . Puntillo et al.  определили  среднюю интенсивность жажды  как 2,16 из 3 [11], в то время как  Negro et al . как 5,4 из 10 [33]. Парадоксально то, что жажда является наиболее распространенным и наиболее интенсивным симптомом у пациентов ОИТ  и до сих пор не оценивается и не корригируется в рутинной практике. Одно исследование показало, что уход за полостью рта влияет на восприятие жажды только в течение одного часа, что подчеркивает важность частого облегчения жажды [34]. Простые жгуты доказали свою эффективность в повышении комфорта пациента [8, 35, 36]. Поэтому рутинная оценка и лечение жажды должны проводиться в рамках ежедневного ухода [8, 37, 38].

В этом исследовании введение анальгетиков было связано с более высокой интенсивностью жажды. Этот вывод аналогичен исследованию Stotts et al. которые обнаружили, что наличие жажды можно предсказать по высоким дозам опиоидов [15]. Однако Lin et al. показали, что употребление опиоидов не является фактором риска возникновения жажды [31]. Это несоответствие может заключаться в том, что в этих двух исследованиях для снятия боли использовались разные дозы опиоидов или что жажда подавлялась по-разному. Неожиданным и необъяснимым результатом стало то, что диагноз сепсиса был связан с увеличением интенсивности жажды. Мы не смогли исследовать влияние баланса жидкости пациента на жажду из-за неполных данных. Однако Stotts et al.не обнаружили статистически значимых различий в балансе жидкости между пациентами, сообщавшими о жажде, и теми, кто этого не сообщал [15].

Тревога была наименее распространенным симптомом в настоящем исследовании, но имела самые высокие средние показатели дистресса.  По теории неприятных симптомов (TOUS), дистресс – это степень, в которой человека беспокоит симптом [39]. Этот вывод подтверждает важность изучения многочисленных аспектов симптомов и оценки психологических аспектов переживания симптомов пациентом.  Удивительно, но мы обнаружили, что посещения членов семьи были связаны с более высоким показателем интенсивности тревожности. Напротив, недавний систематический обзор и метаанализ показали, что гибкий график посещений может уменьшить симптомы тревоги [40]. Другие обнаружили, что разлука с членами семьи была вторым по значимости стрессовым опытом для пациентов [10].

Мы отметили визиты членов семьи за четыре часа до сбора данных. Возможно, пациенты чувствовали большую тревогу после того, как семья уехала, и этот опыт был связан с увеличением показателей тревожности, или с тем, что тревожные пациенты были теми, кого чаще всего посещали. Другая причина может заключаться в том, что пациенты были свидетелями того, как члены семьи беспокоились, видя их больными. Из-за этого у больного усилилось чувство беспокойства. Однако наш необъяснимый вывод о посещениях родственников не должен способствовать ограничению посещений родственников, а должен быть дополнительно изучен в будущих исследованиях.

О боли сообщили 36% пациентов в настоящем исследовании, а пациенты, получавшие анальгетики, сообщили о более высоком балле интенсивности боли, чем пациенты, не принимавшие таких лекарств. Одно исследование показало, что прием опиоидов перед процедурой является фактором риска более высокой интенсивности  боли при процедуре[12]. Тем не менее, недавнее исследование боли при манипуляциях показало противоположные результаты [41]. У нас была информация только о том, что анальгетик был введен в течение шести часов до оценки боли. Следовательно, возможно, что боль усилилась в период между введением анальгетиков и оценкой симптомов, введение могло быть слишком близким к оценке симптомов или лечение боли могло быть неадекватным. Мы также обнаружили, что пациенты на искусственной вентиляции, сообщали о меньшей интенсивности боли. Этот вывод согласуется с недавним исследованием пациентов ОИТ в Норвегии [41].

В настоящем исследовании 66% пациентов на искусственной вентиляции, получали анальгетики, что позволяет предположить наличие связи между ИВЛ и болью, выходящей за пределы применения анальгетиков. Однако эта связь требует дальнейшего изучения. Наконец, мы обнаружили, что больший возраст связан с меньшей интенсивностью боли. Этот вывод согласуется с недавними исследованиями пациентов ОИТ [14, 41]. Однако два других исследования показали противоречивые результаты, в которых больший возраст не был связан с меньшей интенсивностью боли, как при манипуляциях, так и для пациентов в критическом состоянии [42, 43]. Таким образом, группы исследователей и методы лечения боли различаются, что, возможно, объясняет разные результаты. Пациенты ОИТ часто отмечают одышку как тревожный симптом, о ней сообщила треть пациентов.Кроме того, это связано с тревогой у пациентов на искусственной вентиляции [44, 45]. Женский пол был единственным возможным прогностическим фактором, связанным с одышкой.

Исследование имеет некоторые ограничения. Симптомы оценивались только один раз в день; поэтому мы не знаем, наблюдались ли изменения симптомов в течение 24 часов. Кроме того, использование одного и того же списка возможных прогностических факторов в моделях GEE ограничивало наше исследование возможных прогностических факторов, специфичных для каждого симптома. Могут быть исследованы и другие факторы, изучающие качество лечения и ухода, такие как баланс жидкости, ограничение жидкости и мобилизация, а также влияние симптомов друг на друга. Поскольку это была отобранная группа пациентов, способных самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз в течение семи дней, результат настоящего исследования исследование не может быть распространено на всех пациентов ОИТ. Тем не менее, мы собрали данные проспективно из большой гетерогенной выборки взрослых пациентов в нескольких ОИТ и имели более длительное наблюдение - до семи дней.

Выводы 

Наше исследование показало, что пациенты ОИТ, сообщившие о себе, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней. Жажда была наиболее распространенным и интенсивным симптомом, но и другие изученные симптомы также были высокой интенсивности. Определенные факторы связаны со степенью интенсивности симптомов и дистресса. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше понять эти ассоциации и изучить меры по облегчению симптомов.

Ссылка на дополнительный материал (скачать)


References

1. Mehta S, McCullagh I, Burry L (2011) Current sedation practices: lessons learned from international surveys. Anesthesiol Clin 29(4):607–624.https:// doi. org/ 10. 1016/j. anclin. 2011. 09. 003

2. Lerolle N, Trinquart L, Bornstain C, Tadie JM, Imbert A, Diehl JL et al (2010) Increased intensity of treatment and decreased mortality in elderly patients in an intensive care unit over a decade. Crit Care Med 38(1):59–64. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3181 b088ec

3. Lindemark F, Haaland OA, Kvale R, Flaatten H, Johansson KA (2015) Age, risk, and life expectancy in norwegian intensive care: a registry-based population modelling study. PLOS ONE 10(5):e0125907. https:// doi. org/10. 1371/ journ al. pone. 01259 07

4. Devabhakthuni S, Armahizer MJ, Dasta JF, Kane-Gill SL (2012) Analgosedation:a paradigm shift in intensive care unit sedation practice. Ann Pharmacother 46(4):530–540. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

5. Barr J, Fraser GL, Puntillo K, Ely EW, Gelinas C, Dasta JF et al (2013) Clinical practice guidelines for the management of pain, agitation, and delirium in adult patients in the intensive care unit. Crit Care Med 41(1):263–306.https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 783b72

6. Kalfon P, Mimoz O, Auquier P, Loundou A, Gauzit R, Lepape A et al (2010) Development and validation of a questionnaire for quantitative assessment of perceived discomforts in critically ill patients. Intensive Care Med 36(10):1751–1758. https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​010-​1902-9

7. Dessotte CA, Rodrigues HF, Furuya RK, Rossi LA, Dantas RA (2016) Stressors perceived by patients in the immediate postoperative of cardiac surgery. Rev Bras Enferm 69(4):741–750. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

8. Tsai H-Y, Chao A, Hsiao W-L (2023) The effectiveness of cold oral stimuli in quenching postoperative thirst: a systematic review and meta-analysis. Intensive Critical Care Nurs 75:103359. https:// doi. org/ 10. 1016/j. iccn. 2022.103359

9. Granja C, Lopes A, Moreira S, Dias C, Costa-Pereira A, Carneiro A (2005) Patients’ recollections of experiences in the intensive care unit may affect their quality of life. Crit Care 9(2):R96. https:// doi. org/ 10. 1186/ cc3026

10. Zengin N, Oren B, Ustundag H (2020) The relationship between stressors and intensive care unit experiences. Nurs Crit Care 25(2):109–116. https://doi. org/ 10. 1111/ nicc. 12465

11. Puntillo KA, Arai S, Cohen NH, Gropper MA, Neuhaus J, Paul SM et al (2010) Symptoms experienced by intensive care unit patients at high risk of dying. Crit Care Med 38(11):2155–2160. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM.0b013 e3181 f267ee

12. Puntillo KA, Max A, Timsit J-F, Vignoud L, Chanques G, Robleda G, et al (2014) Determinants of procedural pain intensity in the intensive careunit. The Europain® study. Am J Respir Crit Care Med 189(1):39–47.https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 201306-​1174OC

13. Devlin JW, Skrobik Y, Gelinas C, Needham DM, Slooter AJC, Pandharipande PP et al (2018) Clinical Practice Guidelines for the Prevention and Management of Pain, Agitation/Sedation, Delirium, Immobility, and Sleep Disruption in Adult Patients in the ICU. Crit Care Med 46(9):e825–e873.https:// doi. org/ 10. 1097/ ccm. 00000 00000 003299

14. Kalfon P, Boucekine M, Estagnasie P, Geantot MA, Berric A, Simon G et al (2020) Risk factors and events in the adult intensive care unit associated with pain as self-reported at the end of the intensive care unit stay. Crit Care 24(1):685. https:// doi. org/ 10. 1186/ s13054-​020-​03396-2

15. Stotts NA, Arai SR, Cooper BA, Nelson JE, Puntillo KA (2015) Predictors of thirst in intensive care unit patients. J Pain Symptom Manage 49(3):530–538. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jpain symman. 2014. 07. 001

16. Chanques G, Nelson J, Puntillo K (2015) Five patient symptoms that you should evaluate every day. Intensive Care Med 41(7):1347–1350. https://doi. org/ 10. 1007/ s00134-​015-​3729-x

17. von Elm E, Altman DG, Egger M, Pocock SJ, Gotzsche PC, Vandenbroucke JP (2008) The Strengthening the Reporting of Observational Studies in Epidemiology (STROBE) statement: guidelines for reporting observational studies. J Clin Epidemiol 61(4):344–349. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jclin epi.2007. 11. 008

18. Rockwood K, Song X, MacKnight C, Bergman H, Hogan DB, McDowell I et al (2005) A global clinical measure of fitness and frailty in elderly people. CMAJ 173(5):489–495. https:// doi. org/ 10. 1503/ cmaj. 050051

19. Bagshaw SM, Majumdar SR, Rolfson DB, Ibrahim Q, McDermid RC,Stelfox HT (2016) A prospective multicenter cohort study of frailty in younger critically ill patients. Crit Care 20(1):175. https:// doi. org/ 10. 1186/s13054-​016-​1338-x

20. Flaatten H, De Lange DW, Morandi A, Andersen FH, Artigas A, Bertolini G et al (2017) The impact of frailty on ICU and 30-day mortality and the level of care in very elderly patients (≥ 80 years). Intensive Care Med 43(12):1820–1828.https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​017-​4940-8

21. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, MacKenzie CR (1987) A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: development and validation. J Chronic Dis 40(5):373–383. https:// doi. org/ 10. 1016/0021-​9681(87) 90171-8

22. Zigmond AS, Snaith RP (1983) The hospital anxiety and depression scale. Acta Psychiatr Scand 67(6):361–370. https:// doi. org/ 10. 1111/j. 1600-​0447.1983. tb097 16.x

23. Snaith RP (2003) The hospital anxiety and depression scale. Health Qual Life Outcomes 1(1):29. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1477-​7525-1-​29

24. Helvik AS, Engedal K, Skancke RH, Selbak G (2011) A psychometric evaluation of the Hospital Anxiety and Depression Scale for the medically hospitalized elderly. Nord J Psychiatry 65(5):338–344. https:// doi. org/ 10.3109/ 08039 488. 2011. 560684

25. Sessler CN, Grap MJ, Brophy GM (2001) Multidisciplinary management of sedation and analgesia in critical care. Semin Respir Crit Care Med 22(2):211–226. https:// doi. org/ 10. 1055/s-​2001-​13834

26. Le Gall J-R, Lemeshow S, Saulnier F (1993) A New Simplified Acute Physiology Score (SAPS II) Based on a European/North American Multicenter Study. JAMA 270(24):2957–2963. https:// doi. org/ 10. 1001/ jama. 1993.03510 24006 9035

27. Li DT, Puntillo K (2006) A pilot study on coexisting symptoms in intensive care patients. Appl Nurs Res 19(4):216–219. https:// doi. org/ 10. 1016/j. apnr.2006. 01. 003

28. Zeger SL, Liang K-Y, Albert PS (1988) Models for longitudinal data: a generalized estimating equation approach. Biometrics 44(4):1049–1060.https:// doi. org/ 10. 2307/ 25317 34

29. Bursac Z, Gauss CH, Williams DK, Hosmer DW (2008) Purposeful selection of variables in logistic regression. Source Code Biol Med 3:17. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1751-​0473-3-​17

30. Serlin RC, Mendoza TR, Nakamura Y, Edwards KR, Cleeland CS (1995) When is cancer pain mild, moderate or severe? Grading pain severity by its interference with function. Pain 61(2):277–284. https:// doi. org/ 10.1016/ 0304-​3959(94) 00178-h

31. Lin R, Li H, Chen L, He J (2022) Prevalence of and risk factors for thirst in the intensive care unit: an observational study. J Clin Nurs. https:// doi.org/ 10. 1111/ jocn. 16257

32. Nelson JE, Meier DE, Oei EJ, Nierman DM, Senzel RS, Manfredi PL et al (2001) Self-reported symptom experience of critically ill cancer patients receiving intensive care. Crit Care Med 29(2):277–282. https:// doi. org/ 10.1097/ 00003 246-​20010 2000-​00010

33. Negro A, Villa G, Greco M, Ciriolo E, Luraschi EL, Scaramuzzi J et al (2021) Thirst in patients admitted to intensive care units: an observational study. Ir J Med Sci. https:// doi. org/ 10. 1007/ s11845-​021-​02817-7

34. Doi S, Nakanishi N, Kawahara Y, Nakayama S (2021) Impact of oral care on thirst perception and dry mouth assessments in intensive care patients:an observational study. Intensive Crit Care Nurs 66:103073. https:// doi.org/ 10. 1016/j. iccn. 2021. 103073

35. Puntillo K, Arai SR, Cooper BA, Stotts NA, Nelson JE (2014) A randomized clinical trial of an intervention to relieve thirst and dry mouth in intensive care unit patients. Intensive Care Med 40(9):1295–1302. https:// doi. org/10. 1007/ s00134-​014-​3339-z

36. VonStein M, Buchko BL, Millen C, Lampo D, Bell T, Woods AB (2019) Effect of a scheduled nurse intervention on thirst and dry mouth in intensive care patients. Am J Crit Care 28(1):41–46. https:// doi. org/ 10. 4037/ ajcc2 019400

37. Arai S, Stotts N, Puntillo K (2013) Thirst in critically ill patients: from physiology to sensation. Am J Crit Care 22(4):328–335. https:// doi. org/ 10. 4037/ajcc2 013533

38. Leemhuis A, Shichishima Y, Puntillo K (2019) Palliation of thirst in intensive care unit patients: translating research into practice. Crit Care Nurse 39(5):21–28. https:// doi. org/ 10. 4037/ ccn20 19544

39. Lenz ER, Pugh LC, Milligan RA, Gift A, Suppe F (1997) The middle-range theory of unpleasant symptoms: an update. Adv Nurs Sci 19(3):14–27. https:// doi. org/ 10. 1097/ 00012 272-​19950 3000-​00003

40. Nassar Junior AP, Besen B, Robinson CC, Falavigna M, Teixeira C, Rosa RG (2018) Flexible versus restrictive visiting policies in ICUs: a systematic review and meta-analysis. Crit Care Med 46(7):1175–1180. https:// doi. org/10. 1097/ ccm. 00000 00000 003155

41. Olsen BF, Valeberg BT, Jacobsen M, Smastuen MC, Puntillo K, Rustoen T (2021) Pain in intensive care unit patients—a longitudinal study. Nurs Open 8(1):224–231. https:// doi. org/ 10. 1002/ nop2. 621

42. van Dijk JFM, Zaslansky R, van Boekel RLM, Cheuk-Alam JM, Baart SJ, Huygen FJPM et al (2021) Postoperative pain and age: a retrospective cohort association study. Anesthesiology 135(6):1104–1119. https:// doi. org/ 10.1097/ aln. 00000 00000 004000

43. Stotts NA, Puntillo K, Stanik-Hutt J, Thompson CL, White C, Rietman Wild L (2007) Does age make a difference in procedural pain perceptions and responses in hospitalized adults? Acute Pain 9(3):125–134. https:// doi.org/ 10. 1016/j. acpain. 2007. 07. 001

44. Schmidt M, Demoule A, Polito A, Porchet R, Aboab J, Siami S et al (2011) Dyspnea in mechanically ventilated critically ill patients*. Crit Care Med 39(9):2059–2065. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 1e8779

45. Demoule A, Hajage D, Messika J, Jaber S, Diallo H, Coutrot M et al (2022) Prevalence, intensity, and clinical impact of dyspnea in critically Ill patients receiving invasive ventilation. Am J Respir Crit Care Med 205(8):917–926. https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 202108-​1857OC


[DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [DATE_ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [~DATE_ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [ACTIVE_FROM_X] => 2024-06-26 00:00:00 [~ACTIVE_FROM_X] => 2024-06-26 00:00:00 [ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [~ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [SHOW_COUNTER] => 32 [~SHOW_COUNTER] => 32 [ID] => 8444 [~ID] => 8444 [IBLOCK_ID] => 2 [~IBLOCK_ID] => 2 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [TIMESTAMP_X] => 03.07.2024 11:15:55 [~TIMESTAMP_X] => 03.07.2024 11:15:55 [LIST_PAGE_URL] => /library/articles/ [~LIST_PAGE_URL] => /library/articles/ [DETAIL_PAGE_URL] => /library/articles/simptomy-o-kotorykh-soobshchayut-sami-patsienty-otdeleniy-intensivnoy-terapii-prospektivnoe-observats/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /library/articles/simptomy-o-kotorykh-soobshchayut-sami-patsienty-otdeleniy-intensivnoy-terapii-prospektivnoe-observats/ [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [CODE] => simptomy-o-kotorykh-soobshchayut-sami-patsienty-otdeleniy-intensivnoy-terapii-prospektivnoe-observats [~CODE] => simptomy-o-kotorykh-soobshchayut-sami-patsienty-otdeleniy-intensivnoy-terapii-prospektivnoe-observats [EXTERNAL_ID] => 8444 [~EXTERNAL_ID] => 8444 [IBLOCK_TYPE_ID] => articles [~IBLOCK_TYPE_ID] => articles [IBLOCK_CODE] => articles [~IBLOCK_CODE] => articles [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => content-articles [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => content-articles [LID] => s1 [~LID] => s1 [NAV_RESULT] => [NAV_CACHED_DATA] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 26 июня 2024 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( [NAME] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [PREVIEW_PICTURE] => Array ( [ID] => 5675 [TIMESTAMP_X] => 03.07.2024 11:15:55 [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 561 [WIDTH] => 1000 [FILE_SIZE] => 134428 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h [FILE_NAME] => clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg [ORIGINAL_NAME] => clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 0dcbe4f87d8391f7756606dfbeab156e [VERSION_ORIGINAL_ID] => [META] => [SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg [UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg [SAFE_SRC] => /upload/iblock/9c9/zkigjyi8vfp7xppmi00hrqunjeuqoo6h/clean-empty-hospital-ward-ready-receive-patients-reflecting-modern-medical-care.jpg [ALT] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [TITLE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование ) [DETAIL_TEXT] =>

ORIGINAL

Ch  Lillegard , T Rustoen, S Beitland, K Puntillo, M Hagen,A Lerdal and K Hofso

Self‑reported symptoms experienced by intensive care unit patients: a prospective observational multicenter study 

Intensive Care Med (2023) 49:1370–1382 doi.org/10.1007/s00134-023-07219-0

 

Абстракт

Целью данного исследования является описание распространенности, интенсивности и дистресса пяти симптомов у пациентов отделений интенсивной терапии (ОИТ), а также изучение возможных прогностических факторов, связанных с интенсивностью симптомов.  Это проспективное когортное исследование пациентов ОИТ.Анкета по симптомам (т. е. опрос пациентов по симптомам) использовалась для описания распространенности, интенсивности и страдания от боли, жажды, беспокойства, усталости и одышки в течение семи дней в ОИТ.Связи между интенсивностью симптомов и возможными прогностическими факторами оценивались с использованием модели обобщенного оценочного уравнения (GEE). 

Результаты: Из 603 подходящих пациентов 353 (выборка 2) были включены в настоящее исследование. В первый день в ОИТ 195 пациентов (выборка 1) сообщили о жажде как о наиболее распространенном симптоме (66%) с самым высоким средним показателем интенсивности (6,13, 95% доверительный интервал (ДИ) [5,7–6,56]). Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (средний балл 6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом в течение семи дней пребывания в ОИТ. Самым мучительным (средний балл 5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]) симптомом в первый день и в течение семи дней была тревожность (средний балл 5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). В течение семи дней введение анальгетиков и диагностика сепсиса ассоциировались с увеличением интенсивности жажды. Пожилой возраст и ИВЛ легких были связаны со снижением интенсивности боли, а введение анальгетиков было связано с увеличением интенсивности боли. Посещения родственников и женский пол были связаны с повышенной интенсивностью тревожности и одышкой соответственно. 

Пациенты ОИТ, сообщившие о себе сами, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней пребывания в ОИТ. Определенные переменные были связаны со степенью интенсивности симптомов, но для лучшего понимания этих связей необходимы дальнейшие исследования. 

Ключевые слова: пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов.

Основное заключение

Пациенты, способные самостоятельно сообщить о своем заболевании, испытывают высокую и постоянную тяжесть симптомов во время лечения в ОИТ. Обязательна регулярная оценка симптомов, и врачи должны инициировать меры по облегчению симптомов для улучшения комфорта пациента.

Введение 

Лечение в ОИТ увеличило выживаемость пациентов с тяжелыми заболеваниями и травмами [1–3]. Тем не менее, современное использование меньшего количества седативных препаратов заставляет пациентов бодрствовать [4], быть внимательными и склонными к появлению беспокоящих симптомов. Более пристальное внимание к симптомам пациентов может стать первым шагом к улучшению выздоровления после лечения в ОИТ или, в случае неэффективности лечения, к обеспечению более спокойной смерти. Поскольку симптомы, по определению, представляют собой воспринимаемый опыт, предоставление пациентам возможности сообщить о своих симптомах является золотым стандартом оценки симптомов [5].

Недавние исследования описали различные симптомы и дискомфорт у различных групп пациентов в ОИТ [6, 7].Однако в некоторых исследованиях оценивался только один симптом или их интенсивность, что не отражает сложности симптомов; некоторые используют ретроспективные модели, что особенно проблематично при попытке выявить опыт пациентов в реальном времени [6–9]. Другие исследования имели обширные критерии исключения, что уменьшало возможность обобщения результатов на общую популяцию пациентов ОИТ [10]. В целом, исследований, сообщающих о симптомах с первых дней пребывания в ОИТ мало [8, 11]. Поступление в ОИТ терапии носит стрессовый характер и связано с неясными клиническими ситуациями, рядом процедур и, следовательно, потенциально представляет высокий риск неустранения симптомов [12–14].

Более 10 лет назад Puntillo  et al.  оценили распространенность, интенсивность и страдания десяти симптомов в гетерогенной группе пациентов ОИТ, заложив основу для будущих, более обширных исследований симптомов [11]. Что неизвестно, так это текущий статус симптомов пациентов ОИТ терапии и факторы, которые потенциально могут предсказать интенсивность определенных симптомов [11, 15]. Таким образом, основная цель данного исследования состояла в том, чтобы описать несколько аспектов (т. е. распространенность, интенсивность и дистресс) пяти симптомов, рекомендуемых для ежедневной оценки [16] (т. е. жажды, боли, беспокойства, усталости, одышки) в гетерогенной среде пациентов, находящихся в  ОИТ, более семи дней. Вторая цель заключалась в том, чтобы исследовать связи между интенсивность пяти симптомов и избранными демографическими и клиническими переменными, которые, как мы ожидали, будут связаны с этими симптомами в течение семи дней.

Методы 

Это проспективное когортное исследование проводилось как многоцентровое обсервационное исследование, изучающее симптомы у пациентов и отдаленные результаты в течение первого года после поступления в ОИТ (NCT 03714230). Пациенты были последовательно набраны из шести соматических и хирургических ОИТ терапии двух больниц Норвегии в период с октября 2018 года по июнь 2020 года. Исследование проводилось в соответствии с этическими принципами медицинских исследований, изложенными в Хельсинкской декларации.Письменное информированное согласие на участие в исследовании было получено от пациентов или временно от членов их семей до тех пор, пока пациенты не смогли дать согласие. Пациенты, умершие до получения добровольного согласия, были оставлены в исследовании. Региональный комитет по этике медицинских исследований одобрил исследование (номер одобрения 2017/990-1), как и сотрудники по защите данных в соответствующих больницах. Настоящее исследование соответствует рекомендациям по отчетности в соответствии с программой «Совершенствование отчетности по обсервационным исследованиям в эпидемиологии» (STROBE) [17].

Исследуемая популяция 

Включались пациенты ОИТ старше 18 лет, которые и имели один из этих критериев включения; необходимость искусственной вентиляции легких (ИВЛ), необходимость непрерывной вазоактивной терапии или пребывания в ОИТ более 24 часов. Все пациенты, которые соответствовали критериям включения, были последовательно включены в исследование, и ежедневная оценка симптомов начиналась немедленно с использованием самоотчета, когда это было возможно, или прокси-отчета медсестрыы. Если пациенты не хотели участвовать, когда они были способны самостоятельно сообщить и дать согласие, все данные об этих пациентах были удалены. В настоящем исследовании использовались только данные, сообщаемые пациентами. Пациенты исключались из исследования, если они имели заранее определенный когнитивный дефицит, как описано в медицинской карте (например, деменция), были бездомными, не могли читать и писать по-норвежски, были госпитализированы для сохранения органов или были повторно госпитализированы в ОИТ в течение 72 часов.

Исход 

Результатом исследования была информация о симптомах, сообщаемая самими пациентами, измеренная в первый день и в течение семи дней с использованием опроса симптомов пациентов (PSS) [11]. Выборка 1 содержит пациентов, у которых с первого дня оценивалась только симптоматика; Выборка 2 содержит пациентов с оценками в течение семи дней (включая день 1). Первый день пребывания в ОИТ определялся как день поступления, а для тех, кто был госпитализирован поздно вечером, - следующий день (первый полный день).

Сбор данных 

Показатели результатов, сообщаемые пациентами (PROM), в отношении информации о физическом и психическом здоровье до поступления в ОИТ (данные до ОИТ) были получены от пациентов после их включения в исследование в ОИТ. Во время пребывания в ОИТ пациентов просили оценить свои симптомы один раз в день в течение семи дней. Клинические переменные были получены из медицинских записей. Либо пациенты, либо члены их семей сообщили информацию о демографических данных пациентов. 

Данные до ОИТ 

Астению оценивали  с помощью шкалы клинической слабости (Clinical Frailty Scale CFS), где пациенты давали субъективную оценку своему состоянию здоровья до поступления в ОИТ [18]. Слабость описывается девятью классами: от очень здорового до неизлечимо больного. Этот инструмент оказался действенным, надежным и простым в использовании даже у молодых пациентов в критическом состоянии [19]. CFS  была разделен на три категории: без астении предастения и астения [20]. Индекс коморбидности Чарльсона (CCI) рассчитывали и использовали для определения предкоморбидного профиля пациентов [21]. Уровни тревоги и депрессии пациентов до поступления в ОИТ измерялись с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale HADS) [22]. Шкала состоит из 14 пунктов с двумя подшкалами, включающими по семь вопросов каждая: HADS-тревога (HADS-A) и HADS-депрессия (HADS-D). Оба оцениваются по шкале Лайкерта (0–3). Суммарные баллы по каждой подшкале варьируют от 0 до 21. Каждая подшкала указывает на состояния тревоги или депрессии, при этом пороговый балл ≥ 8 указывает на состояния тревоги и депрессии [23].HADS показал хорошие психометрические свойства у пациентов, поступивших в отделение неотложной медицинской помощи в Норвегии [24].

Демографические и клинические данные 

Демографические данные включали возраст, пол, образование, совместное проживание и ситуацию на работе.Данные о посещениях пациентов членами семьи (в течение четырех часов после оценки) и использование лекарств (т. е. опиоидов или седативных средств, да/нет), введенных в течение шести часов до того, как оценка была собрана в медицинских картах. Уровень настороженности или возбуждения классифицировали в соответствии с Richmond Agitation-Sedation Scale  (RASS), заполненной во время оценки симптомов медсестрой-исследователем [25]. Что касается интенсивности заболевания, мы собрали данные по упрощенной шкале SAPS II [26] из медицинских записей. Данные о типе  в ОИТ (т. е. хирургическое или соматическое) и основной причине поступления  (например, респираторная, сердечно-сосудистая, гастроэнтерологическая) были собраны из медицинских записей в дополнение к данным об инвазивной  (IMV) и неинвазивной механической вентиляции (NIV).

Оценка симптомов 

Симптомы оценивались с использованием контрольного списка симптомов PSS, списка симптомов из десяти пунктов, разработанного на основе утвержденной Эдмонтонской шкалы оценки симптомов  скорректированной для ОИТ [11]. Puntillo et al. проверили достоверность контрольного списка из 10 пунктов в предыдущем пилотном исследовании, и респонденты смогли различать симптомы и диапазоны интенсивности и дистресса [27].

Позже была установлена  валидность, когда пациенты с бредом и без делирия могли различать наличие или отсутствие симптомов, а также интенсивность симптомов и дистресс [11]. Для настоящего исследования мы выбрали пять симптомов (т.е. боль, жажда, беспокойство, усталость и одышка) из исходного PSS, чтобы повысить осуществимость сбора данных, как рекомендовано Chanques et.al. [16]. Модифицированный контрольный список с пятью симптомами был протестирован исследовательской группой на предмет достоверности и осуществимости на пациентах ОИТ Норвегии. Пациентов просили оценить свои симптомы в настоящий момент.Интенсивность измерялась по шкале Лайкерта от 0 до 10 (0 = отсутствие интенсивности, 10 = наихудшая возможная интенсивность) и дистресс от 0 до 10 (0 = отсутствие дистресса, 10 = максимально возможный дистресс). Все члены исследовательской группы были обучены обеспечивать последовательность оценки симптомов и отчетности. Обучение повторялось во время сбора данных, чтобы обеспечить соблюдение процедуры.

Статистический анализ 

Категориальные данные описываются как количества и проценты, а непрерывные данные представлены как среднее и стандартное отклонение (SD) (данные с нормальным распределением) или медиана и межквартильный размах (IQR) (данные с асимметричным распределением). Поскольку одни и те же пациенты могли сообщать об этом в течение семи дней и, таким образом, были статистически зависимыми, мы построили многомерные линейные регрессионные модели с использованием метода обобщенных оценочных уравнений (GEE).  GEE допускает случайное отсутствие данных в разных временных точках, например, нет необходимости в интерполяции [28]. Для каждого из выбранных симптомов была подобрана одна модель. Модели исследовали связи между каждым из пяти симптомов (т. е. жаждой, болью, тревогой, усталостью и одышкой) как зависимыми переменными и одним и тем же списком возможных прогностических факторов (т. е. возрастом, полом, SAPS II, CCI, оценка слабости, основная причина поступления в отделение интенсивной терапии, тип поступления в отделение интенсивной терапии, общий балл по HADS-A, общий балл по HADS-D, уровень образования, искусственная вентиляция, введение анальгетиков, введение седативных средств, посещения родственниками во время пребывания в ОИТ). Выбор этих возможных прогностических факторов был основан на эмпирических и клинических соображениях и определен консенсусом исследовательской группы.

Выбранные нами ковариаты и переменные результата оценивались в течение семи дней. Модели GEE оценивают общее влияние ковариаты, оцененной за определенный период времени, на результат, усредненный за тот же период времени. Таким образом, мы оценили средний эффект ковариаты на средний уровень результата. Каждому симптому присваивался нулевой код, если у пациента не было данного симптома, а любая оценка выше нуля (1–10) кодировалась как интенсивность симптома. Кроме того, все оценки симптомов в течение семи дней были сведены к одному среднему баллу интенсивности для каждого пациента. На первом этапе был проведен одномерный анализ для всех независимых переменных. На втором этапе переменные со значениями p ≤ 0,10 из одномерного анализа были включены в многомерные модели, а модели были дополнительно скорректированы с учетом возраста и пола [29]. Результаты моделей GEE представлены с коэффициентами регрессии (оценка β с 95% доверительным интервалом (ДИ)). Значения P менее 0,05 считались статистически значимыми в многомерных моделях. Статистический анализ проводился с использованием SPSS 28 для Windows (IBM SPSS, Чикаго, Иллинойс, США).

Результаты 

В общей сложности право на включение имели 1234 пациента, из них 603 соответствовали критериям включения.Из них 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1), а 353 пациента смогли самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз во время пребывания в ОИТ (выборка 2) (Fig . 1), что составляет, таким образом, два образца в настоящем исследовании. При семидневном обследовании средний возраст составлял 63 года (IQR 48–73), 60,3% составляли мужчины, и у большинства этих пациентов были соматические заболевания как причина для госпитализации (63,5%).


У 38,8% использовали  IMV и 22,4% - NIV. Из пациентов с IMV 18 были интубированы перорально на время оценки симптомов, пять из них предоставили полную оценку симптомов (распространенность, интенсивность, дистресс), а 13 пациентов смогли сообщить только о наличии симптомов (да/нет). Наиболее частыми причинами поступления в ОИТ были респираторная (21,5%), кардиальная (17,6%) и гастроинтестинальная (16,7%) недостаточность. Средняя продолжительность пребывания в ОИТ составила 2,8 (IQR 1,7–5,2) дней, а средний балл SAPS II составил 38 (IQR 28–50). Выборки  1 и  2 были схожими в отношении клинических и демографических переменных, за исключением основной причины поступления в ОИТ терапии и времени  IMV (Table  1).


Распространенность, интенсивность и дискомфорт от симптомов в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1) 

В течение первого дня пребывания в ОИТ 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах (Table 2).Жажда была наиболее распространенным симптомом (66%) и имела самый высокий средний балл интенсивности (6,13, 95% ДИ [5,7–6,56]). Тревога была наименее распространенным симптомом (24%), но имела самый высокий средний балл дистресса (5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]). 


Распространенность, интенсивность и интенсивность симптомов в течение семи дней (выборка  2) 

В течение семи дней 353 пациента сообщили о симптомах 668 раз (в среднем 2 оценки на пациента) (Table  2).Большинство пациентов были переведены до третьего дня (средняя продолжительность пребывания в ОИТ (LOS): 2,8 дня), что объясняет низкое количество обследований на одного пациента. Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом. Тревога была симптомом с самой низкой распространенностью (25%) в течение семи дней, но с самым высоким средним баллом дискомфорта (5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). Боль имела самый низкий средний балл интенсивности (4,61, 95% ДИ [4,31–4,9]), а усталость — самый низкий средний балл дискомфорта (3,5, 95% ДИ [3,13–3,87]).

Связь между интенсивностью и возможными прогностическими факторами (выборка 2)

 Результаты многомерного GEE-анализа возможных прогностических факторов для всех пяти симптомов перечислены в Tables 3a–e . Модель интенсивности жажды GEE показала, что как диагноз сепсиса (B = 1,71, 95% ДИ [0,58–2,84]), так и прием анальгетиков (B = 0,88, 95% ДИ [0,18–1,59]) были связаны с увеличением интенсивности жажды (Table 3a). Увеличение возраста (B = – 0,04, 95% ДИ [от – 0,07 до – 0,02]) было связано со снижением интенсивности боли. ИВЛ была связана с более низкими показателями интенсивности боли (B = - 0,9, 95% ДИ [от - 1,48 до - 0,32]), а введение анальгетиков в течение последних шести часов до оценки симптомов было связано с более высокими показателями интенсивности боли (B = 1, 95%ДИ [0,49–1,5]) (Table 3b ). Посещения членов семьи во время пребывания в ОИТ  были связаны с большей тревожностью (B = 0,64, 95% ДИ [0,04–1,24]) (Table  3с ). Женский пол был связан с усилением одышки (B = 0,56, 95% ДИ [0–1,11]) (Table 3e ). Ни один из выбранных возможных прогностических факторов не был связан с интенсивностью чувства усталости утомления в многомерном анализе (Table 3d).





Обсуждение 

Основным выводом настоящего исследования было то, что пациенты сообщали о постоянно высоком бремени симптомов на протяжении семи дней пребывания в ОИТ. Наиболее распространенным симптомом была жажда, за которой следовали усталость, боль, одышка и беспокойство. Жажда была самым интенсивным симптомом, а беспокойство было самым тревожным симптомом. Действительно, считается, что почти одинаковая оценка интенсивности симптомов, равная 5 для всех симптомов, отражает, по крайней мере, умеренную степень интенсивности [30]. Предыдущие исследования жажды показали, что распространенность жажды составляет от 70% до 76% [11, 31–33] по сравнению с 64–67% в настоящем исследовании. Мы обнаружили, что средний показатель интенсивности жажды составил 6,13 для каждого из семи дней. В разных исследованиях для измерения показателей интенсивности жажды использовались разные шкалы. . Puntillo et al.  определили  среднюю интенсивность жажды  как 2,16 из 3 [11], в то время как  Negro et al . как 5,4 из 10 [33]. Парадоксально то, что жажда является наиболее распространенным и наиболее интенсивным симптомом у пациентов ОИТ  и до сих пор не оценивается и не корригируется в рутинной практике. Одно исследование показало, что уход за полостью рта влияет на восприятие жажды только в течение одного часа, что подчеркивает важность частого облегчения жажды [34]. Простые жгуты доказали свою эффективность в повышении комфорта пациента [8, 35, 36]. Поэтому рутинная оценка и лечение жажды должны проводиться в рамках ежедневного ухода [8, 37, 38].

В этом исследовании введение анальгетиков было связано с более высокой интенсивностью жажды. Этот вывод аналогичен исследованию Stotts et al. которые обнаружили, что наличие жажды можно предсказать по высоким дозам опиоидов [15]. Однако Lin et al. показали, что употребление опиоидов не является фактором риска возникновения жажды [31]. Это несоответствие может заключаться в том, что в этих двух исследованиях для снятия боли использовались разные дозы опиоидов или что жажда подавлялась по-разному. Неожиданным и необъяснимым результатом стало то, что диагноз сепсиса был связан с увеличением интенсивности жажды. Мы не смогли исследовать влияние баланса жидкости пациента на жажду из-за неполных данных. Однако Stotts et al.не обнаружили статистически значимых различий в балансе жидкости между пациентами, сообщавшими о жажде, и теми, кто этого не сообщал [15].

Тревога была наименее распространенным симптомом в настоящем исследовании, но имела самые высокие средние показатели дистресса.  По теории неприятных симптомов (TOUS), дистресс – это степень, в которой человека беспокоит симптом [39]. Этот вывод подтверждает важность изучения многочисленных аспектов симптомов и оценки психологических аспектов переживания симптомов пациентом.  Удивительно, но мы обнаружили, что посещения членов семьи были связаны с более высоким показателем интенсивности тревожности. Напротив, недавний систематический обзор и метаанализ показали, что гибкий график посещений может уменьшить симптомы тревоги [40]. Другие обнаружили, что разлука с членами семьи была вторым по значимости стрессовым опытом для пациентов [10].

Мы отметили визиты членов семьи за четыре часа до сбора данных. Возможно, пациенты чувствовали большую тревогу после того, как семья уехала, и этот опыт был связан с увеличением показателей тревожности, или с тем, что тревожные пациенты были теми, кого чаще всего посещали. Другая причина может заключаться в том, что пациенты были свидетелями того, как члены семьи беспокоились, видя их больными. Из-за этого у больного усилилось чувство беспокойства. Однако наш необъяснимый вывод о посещениях родственников не должен способствовать ограничению посещений родственников, а должен быть дополнительно изучен в будущих исследованиях.

О боли сообщили 36% пациентов в настоящем исследовании, а пациенты, получавшие анальгетики, сообщили о более высоком балле интенсивности боли, чем пациенты, не принимавшие таких лекарств. Одно исследование показало, что прием опиоидов перед процедурой является фактором риска более высокой интенсивности  боли при процедуре[12]. Тем не менее, недавнее исследование боли при манипуляциях показало противоположные результаты [41]. У нас была информация только о том, что анальгетик был введен в течение шести часов до оценки боли. Следовательно, возможно, что боль усилилась в период между введением анальгетиков и оценкой симптомов, введение могло быть слишком близким к оценке симптомов или лечение боли могло быть неадекватным. Мы также обнаружили, что пациенты на искусственной вентиляции, сообщали о меньшей интенсивности боли. Этот вывод согласуется с недавним исследованием пациентов ОИТ в Норвегии [41].

В настоящем исследовании 66% пациентов на искусственной вентиляции, получали анальгетики, что позволяет предположить наличие связи между ИВЛ и болью, выходящей за пределы применения анальгетиков. Однако эта связь требует дальнейшего изучения. Наконец, мы обнаружили, что больший возраст связан с меньшей интенсивностью боли. Этот вывод согласуется с недавними исследованиями пациентов ОИТ [14, 41]. Однако два других исследования показали противоречивые результаты, в которых больший возраст не был связан с меньшей интенсивностью боли, как при манипуляциях, так и для пациентов в критическом состоянии [42, 43]. Таким образом, группы исследователей и методы лечения боли различаются, что, возможно, объясняет разные результаты. Пациенты ОИТ часто отмечают одышку как тревожный симптом, о ней сообщила треть пациентов.Кроме того, это связано с тревогой у пациентов на искусственной вентиляции [44, 45]. Женский пол был единственным возможным прогностическим фактором, связанным с одышкой.

Исследование имеет некоторые ограничения. Симптомы оценивались только один раз в день; поэтому мы не знаем, наблюдались ли изменения симптомов в течение 24 часов. Кроме того, использование одного и того же списка возможных прогностических факторов в моделях GEE ограничивало наше исследование возможных прогностических факторов, специфичных для каждого симптома. Могут быть исследованы и другие факторы, изучающие качество лечения и ухода, такие как баланс жидкости, ограничение жидкости и мобилизация, а также влияние симптомов друг на друга. Поскольку это была отобранная группа пациентов, способных самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз в течение семи дней, результат настоящего исследования исследование не может быть распространено на всех пациентов ОИТ. Тем не менее, мы собрали данные проспективно из большой гетерогенной выборки взрослых пациентов в нескольких ОИТ и имели более длительное наблюдение - до семи дней.

Выводы 

Наше исследование показало, что пациенты ОИТ, сообщившие о себе, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней. Жажда была наиболее распространенным и интенсивным симптомом, но и другие изученные симптомы также были высокой интенсивности. Определенные факторы связаны со степенью интенсивности симптомов и дистресса. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше понять эти ассоциации и изучить меры по облегчению симптомов.

Ссылка на дополнительный материал (скачать)


References

1. Mehta S, McCullagh I, Burry L (2011) Current sedation practices: lessons learned from international surveys. Anesthesiol Clin 29(4):607–624.https:// doi. org/ 10. 1016/j. anclin. 2011. 09. 003

2. Lerolle N, Trinquart L, Bornstain C, Tadie JM, Imbert A, Diehl JL et al (2010) Increased intensity of treatment and decreased mortality in elderly patients in an intensive care unit over a decade. Crit Care Med 38(1):59–64. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3181 b088ec

3. Lindemark F, Haaland OA, Kvale R, Flaatten H, Johansson KA (2015) Age, risk, and life expectancy in norwegian intensive care: a registry-based population modelling study. PLOS ONE 10(5):e0125907. https:// doi. org/10. 1371/ journ al. pone. 01259 07

4. Devabhakthuni S, Armahizer MJ, Dasta JF, Kane-Gill SL (2012) Analgosedation:a paradigm shift in intensive care unit sedation practice. Ann Pharmacother 46(4):530–540. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

5. Barr J, Fraser GL, Puntillo K, Ely EW, Gelinas C, Dasta JF et al (2013) Clinical practice guidelines for the management of pain, agitation, and delirium in adult patients in the intensive care unit. Crit Care Med 41(1):263–306.https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 783b72

6. Kalfon P, Mimoz O, Auquier P, Loundou A, Gauzit R, Lepape A et al (2010) Development and validation of a questionnaire for quantitative assessment of perceived discomforts in critically ill patients. Intensive Care Med 36(10):1751–1758. https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​010-​1902-9

7. Dessotte CA, Rodrigues HF, Furuya RK, Rossi LA, Dantas RA (2016) Stressors perceived by patients in the immediate postoperative of cardiac surgery. Rev Bras Enferm 69(4):741–750. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

8. Tsai H-Y, Chao A, Hsiao W-L (2023) The effectiveness of cold oral stimuli in quenching postoperative thirst: a systematic review and meta-analysis. Intensive Critical Care Nurs 75:103359. https:// doi. org/ 10. 1016/j. iccn. 2022.103359

9. Granja C, Lopes A, Moreira S, Dias C, Costa-Pereira A, Carneiro A (2005) Patients’ recollections of experiences in the intensive care unit may affect their quality of life. Crit Care 9(2):R96. https:// doi. org/ 10. 1186/ cc3026

10. Zengin N, Oren B, Ustundag H (2020) The relationship between stressors and intensive care unit experiences. Nurs Crit Care 25(2):109–116. https://doi. org/ 10. 1111/ nicc. 12465

11. Puntillo KA, Arai S, Cohen NH, Gropper MA, Neuhaus J, Paul SM et al (2010) Symptoms experienced by intensive care unit patients at high risk of dying. Crit Care Med 38(11):2155–2160. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM.0b013 e3181 f267ee

12. Puntillo KA, Max A, Timsit J-F, Vignoud L, Chanques G, Robleda G, et al (2014) Determinants of procedural pain intensity in the intensive careunit. The Europain® study. Am J Respir Crit Care Med 189(1):39–47.https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 201306-​1174OC

13. Devlin JW, Skrobik Y, Gelinas C, Needham DM, Slooter AJC, Pandharipande PP et al (2018) Clinical Practice Guidelines for the Prevention and Management of Pain, Agitation/Sedation, Delirium, Immobility, and Sleep Disruption in Adult Patients in the ICU. Crit Care Med 46(9):e825–e873.https:// doi. org/ 10. 1097/ ccm. 00000 00000 003299

14. Kalfon P, Boucekine M, Estagnasie P, Geantot MA, Berric A, Simon G et al (2020) Risk factors and events in the adult intensive care unit associated with pain as self-reported at the end of the intensive care unit stay. Crit Care 24(1):685. https:// doi. org/ 10. 1186/ s13054-​020-​03396-2

15. Stotts NA, Arai SR, Cooper BA, Nelson JE, Puntillo KA (2015) Predictors of thirst in intensive care unit patients. J Pain Symptom Manage 49(3):530–538. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jpain symman. 2014. 07. 001

16. Chanques G, Nelson J, Puntillo K (2015) Five patient symptoms that you should evaluate every day. Intensive Care Med 41(7):1347–1350. https://doi. org/ 10. 1007/ s00134-​015-​3729-x

17. von Elm E, Altman DG, Egger M, Pocock SJ, Gotzsche PC, Vandenbroucke JP (2008) The Strengthening the Reporting of Observational Studies in Epidemiology (STROBE) statement: guidelines for reporting observational studies. J Clin Epidemiol 61(4):344–349. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jclin epi.2007. 11. 008

18. Rockwood K, Song X, MacKnight C, Bergman H, Hogan DB, McDowell I et al (2005) A global clinical measure of fitness and frailty in elderly people. CMAJ 173(5):489–495. https:// doi. org/ 10. 1503/ cmaj. 050051

19. Bagshaw SM, Majumdar SR, Rolfson DB, Ibrahim Q, McDermid RC,Stelfox HT (2016) A prospective multicenter cohort study of frailty in younger critically ill patients. Crit Care 20(1):175. https:// doi. org/ 10. 1186/s13054-​016-​1338-x

20. Flaatten H, De Lange DW, Morandi A, Andersen FH, Artigas A, Bertolini G et al (2017) The impact of frailty on ICU and 30-day mortality and the level of care in very elderly patients (≥ 80 years). Intensive Care Med 43(12):1820–1828.https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​017-​4940-8

21. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, MacKenzie CR (1987) A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: development and validation. J Chronic Dis 40(5):373–383. https:// doi. org/ 10. 1016/0021-​9681(87) 90171-8

22. Zigmond AS, Snaith RP (1983) The hospital anxiety and depression scale. Acta Psychiatr Scand 67(6):361–370. https:// doi. org/ 10. 1111/j. 1600-​0447.1983. tb097 16.x

23. Snaith RP (2003) The hospital anxiety and depression scale. Health Qual Life Outcomes 1(1):29. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1477-​7525-1-​29

24. Helvik AS, Engedal K, Skancke RH, Selbak G (2011) A psychometric evaluation of the Hospital Anxiety and Depression Scale for the medically hospitalized elderly. Nord J Psychiatry 65(5):338–344. https:// doi. org/ 10.3109/ 08039 488. 2011. 560684

25. Sessler CN, Grap MJ, Brophy GM (2001) Multidisciplinary management of sedation and analgesia in critical care. Semin Respir Crit Care Med 22(2):211–226. https:// doi. org/ 10. 1055/s-​2001-​13834

26. Le Gall J-R, Lemeshow S, Saulnier F (1993) A New Simplified Acute Physiology Score (SAPS II) Based on a European/North American Multicenter Study. JAMA 270(24):2957–2963. https:// doi. org/ 10. 1001/ jama. 1993.03510 24006 9035

27. Li DT, Puntillo K (2006) A pilot study on coexisting symptoms in intensive care patients. Appl Nurs Res 19(4):216–219. https:// doi. org/ 10. 1016/j. apnr.2006. 01. 003

28. Zeger SL, Liang K-Y, Albert PS (1988) Models for longitudinal data: a generalized estimating equation approach. Biometrics 44(4):1049–1060.https:// doi. org/ 10. 2307/ 25317 34

29. Bursac Z, Gauss CH, Williams DK, Hosmer DW (2008) Purposeful selection of variables in logistic regression. Source Code Biol Med 3:17. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1751-​0473-3-​17

30. Serlin RC, Mendoza TR, Nakamura Y, Edwards KR, Cleeland CS (1995) When is cancer pain mild, moderate or severe? Grading pain severity by its interference with function. Pain 61(2):277–284. https:// doi. org/ 10.1016/ 0304-​3959(94) 00178-h

31. Lin R, Li H, Chen L, He J (2022) Prevalence of and risk factors for thirst in the intensive care unit: an observational study. J Clin Nurs. https:// doi.org/ 10. 1111/ jocn. 16257

32. Nelson JE, Meier DE, Oei EJ, Nierman DM, Senzel RS, Manfredi PL et al (2001) Self-reported symptom experience of critically ill cancer patients receiving intensive care. Crit Care Med 29(2):277–282. https:// doi. org/ 10.1097/ 00003 246-​20010 2000-​00010

33. Negro A, Villa G, Greco M, Ciriolo E, Luraschi EL, Scaramuzzi J et al (2021) Thirst in patients admitted to intensive care units: an observational study. Ir J Med Sci. https:// doi. org/ 10. 1007/ s11845-​021-​02817-7

34. Doi S, Nakanishi N, Kawahara Y, Nakayama S (2021) Impact of oral care on thirst perception and dry mouth assessments in intensive care patients:an observational study. Intensive Crit Care Nurs 66:103073. https:// doi.org/ 10. 1016/j. iccn. 2021. 103073

35. Puntillo K, Arai SR, Cooper BA, Stotts NA, Nelson JE (2014) A randomized clinical trial of an intervention to relieve thirst and dry mouth in intensive care unit patients. Intensive Care Med 40(9):1295–1302. https:// doi. org/10. 1007/ s00134-​014-​3339-z

36. VonStein M, Buchko BL, Millen C, Lampo D, Bell T, Woods AB (2019) Effect of a scheduled nurse intervention on thirst and dry mouth in intensive care patients. Am J Crit Care 28(1):41–46. https:// doi. org/ 10. 4037/ ajcc2 019400

37. Arai S, Stotts N, Puntillo K (2013) Thirst in critically ill patients: from physiology to sensation. Am J Crit Care 22(4):328–335. https:// doi. org/ 10. 4037/ajcc2 013533

38. Leemhuis A, Shichishima Y, Puntillo K (2019) Palliation of thirst in intensive care unit patients: translating research into practice. Crit Care Nurse 39(5):21–28. https:// doi. org/ 10. 4037/ ccn20 19544

39. Lenz ER, Pugh LC, Milligan RA, Gift A, Suppe F (1997) The middle-range theory of unpleasant symptoms: an update. Adv Nurs Sci 19(3):14–27. https:// doi. org/ 10. 1097/ 00012 272-​19950 3000-​00003

40. Nassar Junior AP, Besen B, Robinson CC, Falavigna M, Teixeira C, Rosa RG (2018) Flexible versus restrictive visiting policies in ICUs: a systematic review and meta-analysis. Crit Care Med 46(7):1175–1180. https:// doi. org/10. 1097/ ccm. 00000 00000 003155

41. Olsen BF, Valeberg BT, Jacobsen M, Smastuen MC, Puntillo K, Rustoen T (2021) Pain in intensive care unit patients—a longitudinal study. Nurs Open 8(1):224–231. https:// doi. org/ 10. 1002/ nop2. 621

42. van Dijk JFM, Zaslansky R, van Boekel RLM, Cheuk-Alam JM, Baart SJ, Huygen FJPM et al (2021) Postoperative pain and age: a retrospective cohort association study. Anesthesiology 135(6):1104–1119. https:// doi. org/ 10.1097/ aln. 00000 00000 004000

43. Stotts NA, Puntillo K, Stanik-Hutt J, Thompson CL, White C, Rietman Wild L (2007) Does age make a difference in procedural pain perceptions and responses in hospitalized adults? Acute Pain 9(3):125–134. https:// doi.org/ 10. 1016/j. acpain. 2007. 07. 001

44. Schmidt M, Demoule A, Polito A, Porchet R, Aboab J, Siami S et al (2011) Dyspnea in mechanically ventilated critically ill patients*. Crit Care Med 39(9):2059–2065. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 1e8779

45. Demoule A, Hajage D, Messika J, Jaber S, Diallo H, Coutrot M et al (2022) Prevalence, intensity, and clinical impact of dyspnea in critically Ill patients receiving invasive ventilation. Am J Respir Crit Care Med 205(8):917–926. https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 202108-​1857OC


[DETAIL_PICTURE] => [DATE_ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [ACTIVE_FROM] => 26.06.2024 [SHOW_COUNTER] => 32 ) [PROPERTIES] => Array ( [KEYWORDS] => Array ( [ID] => 1 [TIMESTAMP_X] => 2017-07-31 16:04:44 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Ключевые слова [ACTIVE] => Y [SORT] => 100 [CODE] => KEYWORDS [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 102 [FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 829862 [VALUE] => пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Ключевые слова [~DEFAULT_VALUE] => ) [DESCRIPTION] => Array ( [ID] => 64 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-02 11:16:15 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Описание [ACTIVE] => Y [SORT] => 200 [CODE] => DESCRIPTION [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 829864 [VALUE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Описание [~DEFAULT_VALUE] => ) [BROWSER_TITLE] => Array ( [ID] => 9 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-02 11:18:27 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Заголовок окна браузера [ACTIVE] => Y [SORT] => 300 [CODE] => BROWSER_TITLE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => content-articles-property-browser_title [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 1 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => Y [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 829863 [VALUE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Заголовок окна браузера [~DEFAULT_VALUE] => ) [MAIN] => Array ( [ID] => 65 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-02 11:18:51 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Показывать на главной странице [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => MAIN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => L [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => C [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 829890 [VALUE] => да [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => да [VALUE_XML_ID] => Y [VALUE_SORT] => 500 [VALUE_ENUM_ID] => 1 [~VALUE] => да [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Показывать на главной странице [~DEFAULT_VALUE] => ) [vote_count] => Array ( [ID] => 100 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-29 13:04:27 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Количество проголосовавших [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => vote_count [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Количество проголосовавших [~DEFAULT_VALUE] => ) [vote_sum] => Array ( [ID] => 101 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-29 13:04:27 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Сумма оценок [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => vote_sum [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Сумма оценок [~DEFAULT_VALUE] => ) [rating] => Array ( [ID] => 102 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-29 13:04:27 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Рейтинг [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => rating [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Рейтинг [~DEFAULT_VALUE] => ) [FAVORITES] => Array ( [ID] => 148 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-15 12:05:50 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Избранное [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => FAVORITES [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => UserID [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Избранное [~DEFAULT_VALUE] => ) [LIKE] => Array ( [ID] => 153 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-19 10:40:01 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Понравилось [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => LIKE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => UserID [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Понравилось [~DEFAULT_VALUE] => ) [SUBTITLE] => Array ( [ID] => 93 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-22 15:43:39 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Подзаголовок [ACTIVE] => Y [SORT] => 501 [CODE] => SUBTITLE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Подзаголовок [~DEFAULT_VALUE] => ) [AUTHOR] => Array ( [ID] => 94 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-07 12:12:40 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Автор [ACTIVE] => Y [SORT] => 502 [CODE] => AUTHOR [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 1 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => UserID [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 829870 ) [VALUE] => Array ( [0] => 8 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 8 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Автор [~DEFAULT_VALUE] => ) [QUOTE] => Array ( [ID] => 95 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-22 16:30:23 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Цитата [ACTIVE] => Y [SORT] => 503 [CODE] => QUOTE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Цитата [~DEFAULT_VALUE] => ) [SLIDER] => Array ( [ID] => 98 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-23 13:50:37 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Слайдер [ACTIVE] => Y [SORT] => 503 [CODE] => SLIDER [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Слайдер [~DEFAULT_VALUE] => ) [SLIDER_DESC] => Array ( [ID] => 99 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-23 13:50:37 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Слайдер описание [ACTIVE] => Y [SORT] => 503 [CODE] => SLIDER_DESC [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Слайдер описание [~DEFAULT_VALUE] => ) [INFO_SOURCES] => Array ( [ID] => 96 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-23 10:51:22 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Информация и источники [ACTIVE] => Y [SORT] => 504 [CODE] => INFO_SOURCES [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 1 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Информация и источники [~DEFAULT_VALUE] => ) [MATERIALS] => Array ( [ID] => 97 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-23 11:05:12 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Материалы к статье [ACTIVE] => Y [SORT] => 505 [CODE] => MATERIALS [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Материалы к статье [~DEFAULT_VALUE] => ) [SUBJECTS] => Array ( [ID] => 66 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-07 12:12:40 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Тематика [ACTIVE] => Y [SORT] => 1000 [CODE] => SUBJECTS [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => directory [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [size] => 1 [width] => 0 [group] => N [multiple] => N [TABLE_NAME] => b_hlbd_subjects ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 829866 [1] => 829867 [2] => 829868 [3] => 829869 ) [VALUE] => Array ( [0] => statia [1] => Issledovanie [2] => kriticheskiesostoyaniya [3] => intensivnayaterapiya ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => [1] => [2] => [3] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => statia [1] => Issledovanie [2] => kriticheskiesostoyaniya [3] => intensivnayaterapiya ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => [1] => [2] => [3] => ) [~NAME] => Тематика [~DEFAULT_VALUE] => ) [COMMENTS_COUNT] => Array ( [ID] => 103 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-29 13:04:27 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Количество комментариев [ACTIVE] => Y [SORT] => 5010 [CODE] => COMMENTS_COUNT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Количество комментариев [~DEFAULT_VALUE] => ) [FB2] => Array ( [ID] => 173 [TIMESTAMP_X] => 2017-10-12 14:43:36 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => FB2 [ACTIVE] => Y [SORT] => 5020 [CODE] => FB2 [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => fb2 [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => FB2 [~DEFAULT_VALUE] => ) [ADD_DATES] => Array ( [ID] => 207 [TIMESTAMP_X] => 2018-05-11 11:01:14 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Дата добавления материалов [ACTIVE] => Y [SORT] => 5030 [CODE] => ADD_DATES [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => Date [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Дата добавления материалов [~DEFAULT_VALUE] => ) [LENGHT] => [VIDEO_PREVIEW] => [VIDEO_FULL] => ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [MAIN] => Array ( [ID] => 65 [TIMESTAMP_X] => 2017-08-02 11:18:51 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Показывать на главной странице [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => MAIN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => L [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => C [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 829890 [VALUE] => да [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => да [VALUE_XML_ID] => Y [VALUE_SORT] => 500 [VALUE_ENUM_ID] => 1 [~VALUE] => да [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Показывать на главной странице [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => да ) [AUTHOR] => Array ( [ID] => 94 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-07 12:12:40 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Автор [ACTIVE] => Y [SORT] => 502 [CODE] => AUTHOR [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 1 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => UserID [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 829870 ) [VALUE] => Array ( [0] => 8 ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => 8 ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => ) [~NAME] => Автор [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => [8] (info@sepsisforum.ru) Команда Сепсис Форума ) [SUBJECTS] => Array ( [ID] => 66 [TIMESTAMP_X] => 2017-09-07 12:12:40 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Тематика [ACTIVE] => Y [SORT] => 1000 [CODE] => SUBJECTS [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => directory [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [size] => 1 [width] => 0 [group] => N [multiple] => N [TABLE_NAME] => b_hlbd_subjects ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => Array ( [0] => 829866 [1] => 829867 [2] => 829868 [3] => 829869 ) [VALUE] => Array ( [0] => statia [1] => Issledovanie [2] => kriticheskiesostoyaniya [3] => intensivnayaterapiya ) [DESCRIPTION] => Array ( [0] => [1] => [2] => [3] => ) [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [0] => statia [1] => Issledovanie [2] => kriticheskiesostoyaniya [3] => intensivnayaterapiya ) [~DESCRIPTION] => Array ( [0] => [1] => [2] => [3] => ) [~NAME] => Тематика [~DEFAULT_VALUE] => [DISPLAY_VALUE] => Array ( [0] => Статья [1] => Исследование [2] => Критические состояния [3] => Интенсивная терапия ) ) ) [IBLOCK] => Array ( [ID] => 2 [~ID] => 2 [TIMESTAMP_X] => 26.08.2022 14:38:28 [~TIMESTAMP_X] => 26.08.2022 14:38:28 [IBLOCK_TYPE_ID] => articles [~IBLOCK_TYPE_ID] => articles [LID] => s1 [~LID] => s1 [CODE] => articles [~CODE] => articles [API_CODE] => [~API_CODE] => [NAME] => Статьи [~NAME] => Статьи [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [SORT] => 200 [~SORT] => 200 [LIST_PAGE_URL] => /library/articles/ [~LIST_PAGE_URL] => /library/articles/ [DETAIL_PAGE_URL] => /library/articles/#ELEMENT_CODE#/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /library/articles/#ELEMENT_CODE#/ [SECTION_PAGE_URL] => /articles/#SECTION_CODE#/ [~SECTION_PAGE_URL] => /articles/#SECTION_CODE#/ [CANONICAL_PAGE_URL] => [~CANONICAL_PAGE_URL] => [PICTURE] => [~PICTURE] => [DESCRIPTION] => Статьи [~DESCRIPTION] => Статьи [DESCRIPTION_TYPE] => html [~DESCRIPTION_TYPE] => html [RSS_TTL] => 24 [~RSS_TTL] => 24 [RSS_ACTIVE] => Y [~RSS_ACTIVE] => Y [RSS_FILE_ACTIVE] => N [~RSS_FILE_ACTIVE] => N [RSS_FILE_LIMIT] => [~RSS_FILE_LIMIT] => [RSS_FILE_DAYS] => [~RSS_FILE_DAYS] => [RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [~RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [XML_ID] => content-articles [~XML_ID] => content-articles [TMP_ID] => 79a4a50658ff380feeea3c1c690acaa8 [~TMP_ID] => 79a4a50658ff380feeea3c1c690acaa8 [INDEX_ELEMENT] => Y [~INDEX_ELEMENT] => Y [INDEX_SECTION] => Y [~INDEX_SECTION] => Y [WORKFLOW] => N [~WORKFLOW] => N [BIZPROC] => N [~BIZPROC] => N [SECTION_CHOOSER] => L [~SECTION_CHOOSER] => L [LIST_MODE] => [~LIST_MODE] => [RIGHTS_MODE] => S [~RIGHTS_MODE] => S [SECTION_PROPERTY] => Y [~SECTION_PROPERTY] => Y [PROPERTY_INDEX] => I [~PROPERTY_INDEX] => I [VERSION] => 1 [~VERSION] => 1 [LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [~LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [EDIT_FILE_BEFORE] => [~EDIT_FILE_BEFORE] => [EDIT_FILE_AFTER] => [~EDIT_FILE_AFTER] => [SECTIONS_NAME] => Разделы статей [~SECTIONS_NAME] => Разделы статей [SECTION_NAME] => Раздел статей [~SECTION_NAME] => Раздел статей [ELEMENTS_NAME] => Статьи [~ELEMENTS_NAME] => Статьи [ELEMENT_NAME] => Статья [~ELEMENT_NAME] => Статья [REST_ON] => N [~REST_ON] => N [EXTERNAL_ID] => content-articles [~EXTERNAL_ID] => content-articles [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SERVER_NAME] => sepsisforum.ru [~SERVER_NAME] => sepsisforum.ru ) [SECTION] => Array ( [PATH] => Array ( ) ) [SECTION_URL] => [META_TAGS] => Array ( [TITLE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [BROWSER_TITLE] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование [KEYWORDS] => пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов [DESCRIPTION] => Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование ) )
26 июня 2024

Симптомы, о которых сообщают сами пациенты отделений интенсивной терапии: проспективное обсервационное многоцентровое исследование

#Статья #Исследование #Критические состояния #Интенсивная терапия

ORIGINAL

Ch  Lillegard , T Rustoen, S Beitland, K Puntillo, M Hagen,A Lerdal and K Hofso

Self‑reported symptoms experienced by intensive care unit patients: a prospective observational multicenter study 

Intensive Care Med (2023) 49:1370–1382 doi.org/10.1007/s00134-023-07219-0

 

Абстракт

Целью данного исследования является описание распространенности, интенсивности и дистресса пяти симптомов у пациентов отделений интенсивной терапии (ОИТ), а также изучение возможных прогностических факторов, связанных с интенсивностью симптомов.  Это проспективное когортное исследование пациентов ОИТ.Анкета по симптомам (т. е. опрос пациентов по симптомам) использовалась для описания распространенности, интенсивности и страдания от боли, жажды, беспокойства, усталости и одышки в течение семи дней в ОИТ.Связи между интенсивностью симптомов и возможными прогностическими факторами оценивались с использованием модели обобщенного оценочного уравнения (GEE). 

Результаты: Из 603 подходящих пациентов 353 (выборка 2) были включены в настоящее исследование. В первый день в ОИТ 195 пациентов (выборка 1) сообщили о жажде как о наиболее распространенном симптоме (66%) с самым высоким средним показателем интенсивности (6,13, 95% доверительный интервал (ДИ) [5,7–6,56]). Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (средний балл 6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом в течение семи дней пребывания в ОИТ. Самым мучительным (средний балл 5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]) симптомом в первый день и в течение семи дней была тревожность (средний балл 5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). В течение семи дней введение анальгетиков и диагностика сепсиса ассоциировались с увеличением интенсивности жажды. Пожилой возраст и ИВЛ легких были связаны со снижением интенсивности боли, а введение анальгетиков было связано с увеличением интенсивности боли. Посещения родственников и женский пол были связаны с повышенной интенсивностью тревожности и одышкой соответственно. 

Пациенты ОИТ, сообщившие о себе сами, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней пребывания в ОИТ. Определенные переменные были связаны со степенью интенсивности симптомов, но для лучшего понимания этих связей необходимы дальнейшие исследования. 

Ключевые слова: пациент интенсивной терапии, отделение интенсивной терапии, симптомы, оценка симптомов.

Основное заключение

Пациенты, способные самостоятельно сообщить о своем заболевании, испытывают высокую и постоянную тяжесть симптомов во время лечения в ОИТ. Обязательна регулярная оценка симптомов, и врачи должны инициировать меры по облегчению симптомов для улучшения комфорта пациента.

Введение 

Лечение в ОИТ увеличило выживаемость пациентов с тяжелыми заболеваниями и травмами [1–3]. Тем не менее, современное использование меньшего количества седативных препаратов заставляет пациентов бодрствовать [4], быть внимательными и склонными к появлению беспокоящих симптомов. Более пристальное внимание к симптомам пациентов может стать первым шагом к улучшению выздоровления после лечения в ОИТ или, в случае неэффективности лечения, к обеспечению более спокойной смерти. Поскольку симптомы, по определению, представляют собой воспринимаемый опыт, предоставление пациентам возможности сообщить о своих симптомах является золотым стандартом оценки симптомов [5].

Недавние исследования описали различные симптомы и дискомфорт у различных групп пациентов в ОИТ [6, 7].Однако в некоторых исследованиях оценивался только один симптом или их интенсивность, что не отражает сложности симптомов; некоторые используют ретроспективные модели, что особенно проблематично при попытке выявить опыт пациентов в реальном времени [6–9]. Другие исследования имели обширные критерии исключения, что уменьшало возможность обобщения результатов на общую популяцию пациентов ОИТ [10]. В целом, исследований, сообщающих о симптомах с первых дней пребывания в ОИТ мало [8, 11]. Поступление в ОИТ терапии носит стрессовый характер и связано с неясными клиническими ситуациями, рядом процедур и, следовательно, потенциально представляет высокий риск неустранения симптомов [12–14].

Более 10 лет назад Puntillo  et al.  оценили распространенность, интенсивность и страдания десяти симптомов в гетерогенной группе пациентов ОИТ, заложив основу для будущих, более обширных исследований симптомов [11]. Что неизвестно, так это текущий статус симптомов пациентов ОИТ терапии и факторы, которые потенциально могут предсказать интенсивность определенных симптомов [11, 15]. Таким образом, основная цель данного исследования состояла в том, чтобы описать несколько аспектов (т. е. распространенность, интенсивность и дистресс) пяти симптомов, рекомендуемых для ежедневной оценки [16] (т. е. жажды, боли, беспокойства, усталости, одышки) в гетерогенной среде пациентов, находящихся в  ОИТ, более семи дней. Вторая цель заключалась в том, чтобы исследовать связи между интенсивность пяти симптомов и избранными демографическими и клиническими переменными, которые, как мы ожидали, будут связаны с этими симптомами в течение семи дней.

Методы 

Это проспективное когортное исследование проводилось как многоцентровое обсервационное исследование, изучающее симптомы у пациентов и отдаленные результаты в течение первого года после поступления в ОИТ (NCT 03714230). Пациенты были последовательно набраны из шести соматических и хирургических ОИТ терапии двух больниц Норвегии в период с октября 2018 года по июнь 2020 года. Исследование проводилось в соответствии с этическими принципами медицинских исследований, изложенными в Хельсинкской декларации.Письменное информированное согласие на участие в исследовании было получено от пациентов или временно от членов их семей до тех пор, пока пациенты не смогли дать согласие. Пациенты, умершие до получения добровольного согласия, были оставлены в исследовании. Региональный комитет по этике медицинских исследований одобрил исследование (номер одобрения 2017/990-1), как и сотрудники по защите данных в соответствующих больницах. Настоящее исследование соответствует рекомендациям по отчетности в соответствии с программой «Совершенствование отчетности по обсервационным исследованиям в эпидемиологии» (STROBE) [17].

Исследуемая популяция 

Включались пациенты ОИТ старше 18 лет, которые и имели один из этих критериев включения; необходимость искусственной вентиляции легких (ИВЛ), необходимость непрерывной вазоактивной терапии или пребывания в ОИТ более 24 часов. Все пациенты, которые соответствовали критериям включения, были последовательно включены в исследование, и ежедневная оценка симптомов начиналась немедленно с использованием самоотчета, когда это было возможно, или прокси-отчета медсестрыы. Если пациенты не хотели участвовать, когда они были способны самостоятельно сообщить и дать согласие, все данные об этих пациентах были удалены. В настоящем исследовании использовались только данные, сообщаемые пациентами. Пациенты исключались из исследования, если они имели заранее определенный когнитивный дефицит, как описано в медицинской карте (например, деменция), были бездомными, не могли читать и писать по-норвежски, были госпитализированы для сохранения органов или были повторно госпитализированы в ОИТ в течение 72 часов.

Исход 

Результатом исследования была информация о симптомах, сообщаемая самими пациентами, измеренная в первый день и в течение семи дней с использованием опроса симптомов пациентов (PSS) [11]. Выборка 1 содержит пациентов, у которых с первого дня оценивалась только симптоматика; Выборка 2 содержит пациентов с оценками в течение семи дней (включая день 1). Первый день пребывания в ОИТ определялся как день поступления, а для тех, кто был госпитализирован поздно вечером, - следующий день (первый полный день).

Сбор данных 

Показатели результатов, сообщаемые пациентами (PROM), в отношении информации о физическом и психическом здоровье до поступления в ОИТ (данные до ОИТ) были получены от пациентов после их включения в исследование в ОИТ. Во время пребывания в ОИТ пациентов просили оценить свои симптомы один раз в день в течение семи дней. Клинические переменные были получены из медицинских записей. Либо пациенты, либо члены их семей сообщили информацию о демографических данных пациентов. 

Данные до ОИТ 

Астению оценивали  с помощью шкалы клинической слабости (Clinical Frailty Scale CFS), где пациенты давали субъективную оценку своему состоянию здоровья до поступления в ОИТ [18]. Слабость описывается девятью классами: от очень здорового до неизлечимо больного. Этот инструмент оказался действенным, надежным и простым в использовании даже у молодых пациентов в критическом состоянии [19]. CFS  была разделен на три категории: без астении предастения и астения [20]. Индекс коморбидности Чарльсона (CCI) рассчитывали и использовали для определения предкоморбидного профиля пациентов [21]. Уровни тревоги и депрессии пациентов до поступления в ОИТ измерялись с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression Scale HADS) [22]. Шкала состоит из 14 пунктов с двумя подшкалами, включающими по семь вопросов каждая: HADS-тревога (HADS-A) и HADS-депрессия (HADS-D). Оба оцениваются по шкале Лайкерта (0–3). Суммарные баллы по каждой подшкале варьируют от 0 до 21. Каждая подшкала указывает на состояния тревоги или депрессии, при этом пороговый балл ≥ 8 указывает на состояния тревоги и депрессии [23].HADS показал хорошие психометрические свойства у пациентов, поступивших в отделение неотложной медицинской помощи в Норвегии [24].

Демографические и клинические данные 

Демографические данные включали возраст, пол, образование, совместное проживание и ситуацию на работе.Данные о посещениях пациентов членами семьи (в течение четырех часов после оценки) и использование лекарств (т. е. опиоидов или седативных средств, да/нет), введенных в течение шести часов до того, как оценка была собрана в медицинских картах. Уровень настороженности или возбуждения классифицировали в соответствии с Richmond Agitation-Sedation Scale  (RASS), заполненной во время оценки симптомов медсестрой-исследователем [25]. Что касается интенсивности заболевания, мы собрали данные по упрощенной шкале SAPS II [26] из медицинских записей. Данные о типе  в ОИТ (т. е. хирургическое или соматическое) и основной причине поступления  (например, респираторная, сердечно-сосудистая, гастроэнтерологическая) были собраны из медицинских записей в дополнение к данным об инвазивной  (IMV) и неинвазивной механической вентиляции (NIV).

Оценка симптомов 

Симптомы оценивались с использованием контрольного списка симптомов PSS, списка симптомов из десяти пунктов, разработанного на основе утвержденной Эдмонтонской шкалы оценки симптомов  скорректированной для ОИТ [11]. Puntillo et al. проверили достоверность контрольного списка из 10 пунктов в предыдущем пилотном исследовании, и респонденты смогли различать симптомы и диапазоны интенсивности и дистресса [27].

Позже была установлена  валидность, когда пациенты с бредом и без делирия могли различать наличие или отсутствие симптомов, а также интенсивность симптомов и дистресс [11]. Для настоящего исследования мы выбрали пять симптомов (т.е. боль, жажда, беспокойство, усталость и одышка) из исходного PSS, чтобы повысить осуществимость сбора данных, как рекомендовано Chanques et.al. [16]. Модифицированный контрольный список с пятью симптомами был протестирован исследовательской группой на предмет достоверности и осуществимости на пациентах ОИТ Норвегии. Пациентов просили оценить свои симптомы в настоящий момент.Интенсивность измерялась по шкале Лайкерта от 0 до 10 (0 = отсутствие интенсивности, 10 = наихудшая возможная интенсивность) и дистресс от 0 до 10 (0 = отсутствие дистресса, 10 = максимально возможный дистресс). Все члены исследовательской группы были обучены обеспечивать последовательность оценки симптомов и отчетности. Обучение повторялось во время сбора данных, чтобы обеспечить соблюдение процедуры.

Статистический анализ 

Категориальные данные описываются как количества и проценты, а непрерывные данные представлены как среднее и стандартное отклонение (SD) (данные с нормальным распределением) или медиана и межквартильный размах (IQR) (данные с асимметричным распределением). Поскольку одни и те же пациенты могли сообщать об этом в течение семи дней и, таким образом, были статистически зависимыми, мы построили многомерные линейные регрессионные модели с использованием метода обобщенных оценочных уравнений (GEE).  GEE допускает случайное отсутствие данных в разных временных точках, например, нет необходимости в интерполяции [28]. Для каждого из выбранных симптомов была подобрана одна модель. Модели исследовали связи между каждым из пяти симптомов (т. е. жаждой, болью, тревогой, усталостью и одышкой) как зависимыми переменными и одним и тем же списком возможных прогностических факторов (т. е. возрастом, полом, SAPS II, CCI, оценка слабости, основная причина поступления в отделение интенсивной терапии, тип поступления в отделение интенсивной терапии, общий балл по HADS-A, общий балл по HADS-D, уровень образования, искусственная вентиляция, введение анальгетиков, введение седативных средств, посещения родственниками во время пребывания в ОИТ). Выбор этих возможных прогностических факторов был основан на эмпирических и клинических соображениях и определен консенсусом исследовательской группы.

Выбранные нами ковариаты и переменные результата оценивались в течение семи дней. Модели GEE оценивают общее влияние ковариаты, оцененной за определенный период времени, на результат, усредненный за тот же период времени. Таким образом, мы оценили средний эффект ковариаты на средний уровень результата. Каждому симптому присваивался нулевой код, если у пациента не было данного симптома, а любая оценка выше нуля (1–10) кодировалась как интенсивность симптома. Кроме того, все оценки симптомов в течение семи дней были сведены к одному среднему баллу интенсивности для каждого пациента. На первом этапе был проведен одномерный анализ для всех независимых переменных. На втором этапе переменные со значениями p ≤ 0,10 из одномерного анализа были включены в многомерные модели, а модели были дополнительно скорректированы с учетом возраста и пола [29]. Результаты моделей GEE представлены с коэффициентами регрессии (оценка β с 95% доверительным интервалом (ДИ)). Значения P менее 0,05 считались статистически значимыми в многомерных моделях. Статистический анализ проводился с использованием SPSS 28 для Windows (IBM SPSS, Чикаго, Иллинойс, США).

Результаты 

В общей сложности право на включение имели 1234 пациента, из них 603 соответствовали критериям включения.Из них 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1), а 353 пациента смогли самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз во время пребывания в ОИТ (выборка 2) (Fig . 1), что составляет, таким образом, два образца в настоящем исследовании. При семидневном обследовании средний возраст составлял 63 года (IQR 48–73), 60,3% составляли мужчины, и у большинства этих пациентов были соматические заболевания как причина для госпитализации (63,5%).


У 38,8% использовали  IMV и 22,4% - NIV. Из пациентов с IMV 18 были интубированы перорально на время оценки симптомов, пять из них предоставили полную оценку симптомов (распространенность, интенсивность, дистресс), а 13 пациентов смогли сообщить только о наличии симптомов (да/нет). Наиболее частыми причинами поступления в ОИТ были респираторная (21,5%), кардиальная (17,6%) и гастроинтестинальная (16,7%) недостаточность. Средняя продолжительность пребывания в ОИТ составила 2,8 (IQR 1,7–5,2) дней, а средний балл SAPS II составил 38 (IQR 28–50). Выборки  1 и  2 были схожими в отношении клинических и демографических переменных, за исключением основной причины поступления в ОИТ терапии и времени  IMV (Table  1).


Распространенность, интенсивность и дискомфорт от симптомов в первый день пребывания в ОИТ (выборка 1) 

В течение первого дня пребывания в ОИТ 195 пациентов смогли самостоятельно сообщить о симптомах (Table 2).Жажда была наиболее распространенным симптомом (66%) и имела самый высокий средний балл интенсивности (6,13, 95% ДИ [5,7–6,56]). Тревога была наименее распространенным симптомом (24%), но имела самый высокий средний балл дистресса (5,24, 95% ДИ [4,32–6,15]). 


Распространенность, интенсивность и интенсивность симптомов в течение семи дней (выборка  2) 

В течение семи дней 353 пациента сообщили о симптомах 668 раз (в среднем 2 оценки на пациента) (Table  2).Большинство пациентов были переведены до третьего дня (средняя продолжительность пребывания в ОИТ (LOS): 2,8 дня), что объясняет низкое количество обследований на одного пациента. Жажда была самым распространенным (64%) и самым интенсивным (6,05, 95% ДИ [5,81–6,3]) симптомом. Тревога была симптомом с самой низкой распространенностью (25%) в течение семи дней, но с самым высоким средним баллом дискомфорта (5,46, 95% ДИ [4,95–5,98]). Боль имела самый низкий средний балл интенсивности (4,61, 95% ДИ [4,31–4,9]), а усталость — самый низкий средний балл дискомфорта (3,5, 95% ДИ [3,13–3,87]).

Связь между интенсивностью и возможными прогностическими факторами (выборка 2)

 Результаты многомерного GEE-анализа возможных прогностических факторов для всех пяти симптомов перечислены в Tables 3a–e . Модель интенсивности жажды GEE показала, что как диагноз сепсиса (B = 1,71, 95% ДИ [0,58–2,84]), так и прием анальгетиков (B = 0,88, 95% ДИ [0,18–1,59]) были связаны с увеличением интенсивности жажды (Table 3a). Увеличение возраста (B = – 0,04, 95% ДИ [от – 0,07 до – 0,02]) было связано со снижением интенсивности боли. ИВЛ была связана с более низкими показателями интенсивности боли (B = - 0,9, 95% ДИ [от - 1,48 до - 0,32]), а введение анальгетиков в течение последних шести часов до оценки симптомов было связано с более высокими показателями интенсивности боли (B = 1, 95%ДИ [0,49–1,5]) (Table 3b ). Посещения членов семьи во время пребывания в ОИТ  были связаны с большей тревожностью (B = 0,64, 95% ДИ [0,04–1,24]) (Table  3с ). Женский пол был связан с усилением одышки (B = 0,56, 95% ДИ [0–1,11]) (Table 3e ). Ни один из выбранных возможных прогностических факторов не был связан с интенсивностью чувства усталости утомления в многомерном анализе (Table 3d).





Обсуждение 

Основным выводом настоящего исследования было то, что пациенты сообщали о постоянно высоком бремени симптомов на протяжении семи дней пребывания в ОИТ. Наиболее распространенным симптомом была жажда, за которой следовали усталость, боль, одышка и беспокойство. Жажда была самым интенсивным симптомом, а беспокойство было самым тревожным симптомом. Действительно, считается, что почти одинаковая оценка интенсивности симптомов, равная 5 для всех симптомов, отражает, по крайней мере, умеренную степень интенсивности [30]. Предыдущие исследования жажды показали, что распространенность жажды составляет от 70% до 76% [11, 31–33] по сравнению с 64–67% в настоящем исследовании. Мы обнаружили, что средний показатель интенсивности жажды составил 6,13 для каждого из семи дней. В разных исследованиях для измерения показателей интенсивности жажды использовались разные шкалы. . Puntillo et al.  определили  среднюю интенсивность жажды  как 2,16 из 3 [11], в то время как  Negro et al . как 5,4 из 10 [33]. Парадоксально то, что жажда является наиболее распространенным и наиболее интенсивным симптомом у пациентов ОИТ  и до сих пор не оценивается и не корригируется в рутинной практике. Одно исследование показало, что уход за полостью рта влияет на восприятие жажды только в течение одного часа, что подчеркивает важность частого облегчения жажды [34]. Простые жгуты доказали свою эффективность в повышении комфорта пациента [8, 35, 36]. Поэтому рутинная оценка и лечение жажды должны проводиться в рамках ежедневного ухода [8, 37, 38].

В этом исследовании введение анальгетиков было связано с более высокой интенсивностью жажды. Этот вывод аналогичен исследованию Stotts et al. которые обнаружили, что наличие жажды можно предсказать по высоким дозам опиоидов [15]. Однако Lin et al. показали, что употребление опиоидов не является фактором риска возникновения жажды [31]. Это несоответствие может заключаться в том, что в этих двух исследованиях для снятия боли использовались разные дозы опиоидов или что жажда подавлялась по-разному. Неожиданным и необъяснимым результатом стало то, что диагноз сепсиса был связан с увеличением интенсивности жажды. Мы не смогли исследовать влияние баланса жидкости пациента на жажду из-за неполных данных. Однако Stotts et al.не обнаружили статистически значимых различий в балансе жидкости между пациентами, сообщавшими о жажде, и теми, кто этого не сообщал [15].

Тревога была наименее распространенным симптомом в настоящем исследовании, но имела самые высокие средние показатели дистресса.  По теории неприятных симптомов (TOUS), дистресс – это степень, в которой человека беспокоит симптом [39]. Этот вывод подтверждает важность изучения многочисленных аспектов симптомов и оценки психологических аспектов переживания симптомов пациентом.  Удивительно, но мы обнаружили, что посещения членов семьи были связаны с более высоким показателем интенсивности тревожности. Напротив, недавний систематический обзор и метаанализ показали, что гибкий график посещений может уменьшить симптомы тревоги [40]. Другие обнаружили, что разлука с членами семьи была вторым по значимости стрессовым опытом для пациентов [10].

Мы отметили визиты членов семьи за четыре часа до сбора данных. Возможно, пациенты чувствовали большую тревогу после того, как семья уехала, и этот опыт был связан с увеличением показателей тревожности, или с тем, что тревожные пациенты были теми, кого чаще всего посещали. Другая причина может заключаться в том, что пациенты были свидетелями того, как члены семьи беспокоились, видя их больными. Из-за этого у больного усилилось чувство беспокойства. Однако наш необъяснимый вывод о посещениях родственников не должен способствовать ограничению посещений родственников, а должен быть дополнительно изучен в будущих исследованиях.

О боли сообщили 36% пациентов в настоящем исследовании, а пациенты, получавшие анальгетики, сообщили о более высоком балле интенсивности боли, чем пациенты, не принимавшие таких лекарств. Одно исследование показало, что прием опиоидов перед процедурой является фактором риска более высокой интенсивности  боли при процедуре[12]. Тем не менее, недавнее исследование боли при манипуляциях показало противоположные результаты [41]. У нас была информация только о том, что анальгетик был введен в течение шести часов до оценки боли. Следовательно, возможно, что боль усилилась в период между введением анальгетиков и оценкой симптомов, введение могло быть слишком близким к оценке симптомов или лечение боли могло быть неадекватным. Мы также обнаружили, что пациенты на искусственной вентиляции, сообщали о меньшей интенсивности боли. Этот вывод согласуется с недавним исследованием пациентов ОИТ в Норвегии [41].

В настоящем исследовании 66% пациентов на искусственной вентиляции, получали анальгетики, что позволяет предположить наличие связи между ИВЛ и болью, выходящей за пределы применения анальгетиков. Однако эта связь требует дальнейшего изучения. Наконец, мы обнаружили, что больший возраст связан с меньшей интенсивностью боли. Этот вывод согласуется с недавними исследованиями пациентов ОИТ [14, 41]. Однако два других исследования показали противоречивые результаты, в которых больший возраст не был связан с меньшей интенсивностью боли, как при манипуляциях, так и для пациентов в критическом состоянии [42, 43]. Таким образом, группы исследователей и методы лечения боли различаются, что, возможно, объясняет разные результаты. Пациенты ОИТ часто отмечают одышку как тревожный симптом, о ней сообщила треть пациентов.Кроме того, это связано с тревогой у пациентов на искусственной вентиляции [44, 45]. Женский пол был единственным возможным прогностическим фактором, связанным с одышкой.

Исследование имеет некоторые ограничения. Симптомы оценивались только один раз в день; поэтому мы не знаем, наблюдались ли изменения симптомов в течение 24 часов. Кроме того, использование одного и того же списка возможных прогностических факторов в моделях GEE ограничивало наше исследование возможных прогностических факторов, специфичных для каждого симптома. Могут быть исследованы и другие факторы, изучающие качество лечения и ухода, такие как баланс жидкости, ограничение жидкости и мобилизация, а также влияние симптомов друг на друга. Поскольку это была отобранная группа пациентов, способных самостоятельно сообщить о симптомах один или несколько раз в течение семи дней, результат настоящего исследования исследование не может быть распространено на всех пациентов ОИТ. Тем не менее, мы собрали данные проспективно из большой гетерогенной выборки взрослых пациентов в нескольких ОИТ и имели более длительное наблюдение - до семи дней.

Выводы 

Наше исследование показало, что пациенты ОИТ, сообщившие о себе, испытывали высокую и постоянную тяжесть симптомов в течение семи дней. Жажда была наиболее распространенным и интенсивным симптомом, но и другие изученные симптомы также были высокой интенсивности. Определенные факторы связаны со степенью интенсивности симптомов и дистресса. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше понять эти ассоциации и изучить меры по облегчению симптомов.

Ссылка на дополнительный материал (скачать)


References

1. Mehta S, McCullagh I, Burry L (2011) Current sedation practices: lessons learned from international surveys. Anesthesiol Clin 29(4):607–624.https:// doi. org/ 10. 1016/j. anclin. 2011. 09. 003

2. Lerolle N, Trinquart L, Bornstain C, Tadie JM, Imbert A, Diehl JL et al (2010) Increased intensity of treatment and decreased mortality in elderly patients in an intensive care unit over a decade. Crit Care Med 38(1):59–64. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3181 b088ec

3. Lindemark F, Haaland OA, Kvale R, Flaatten H, Johansson KA (2015) Age, risk, and life expectancy in norwegian intensive care: a registry-based population modelling study. PLOS ONE 10(5):e0125907. https:// doi. org/10. 1371/ journ al. pone. 01259 07

4. Devabhakthuni S, Armahizer MJ, Dasta JF, Kane-Gill SL (2012) Analgosedation:a paradigm shift in intensive care unit sedation practice. Ann Pharmacother 46(4):530–540. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

5. Barr J, Fraser GL, Puntillo K, Ely EW, Gelinas C, Dasta JF et al (2013) Clinical practice guidelines for the management of pain, agitation, and delirium in adult patients in the intensive care unit. Crit Care Med 41(1):263–306.https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 783b72

6. Kalfon P, Mimoz O, Auquier P, Loundou A, Gauzit R, Lepape A et al (2010) Development and validation of a questionnaire for quantitative assessment of perceived discomforts in critically ill patients. Intensive Care Med 36(10):1751–1758. https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​010-​1902-9

7. Dessotte CA, Rodrigues HF, Furuya RK, Rossi LA, Dantas RA (2016) Stressors perceived by patients in the immediate postoperative of cardiac surgery. Rev Bras Enferm 69(4):741–750. https:// doi. org/ 10. 1590/ 0034-​7167. 20166 90418i

8. Tsai H-Y, Chao A, Hsiao W-L (2023) The effectiveness of cold oral stimuli in quenching postoperative thirst: a systematic review and meta-analysis. Intensive Critical Care Nurs 75:103359. https:// doi. org/ 10. 1016/j. iccn. 2022.103359

9. Granja C, Lopes A, Moreira S, Dias C, Costa-Pereira A, Carneiro A (2005) Patients’ recollections of experiences in the intensive care unit may affect their quality of life. Crit Care 9(2):R96. https:// doi. org/ 10. 1186/ cc3026

10. Zengin N, Oren B, Ustundag H (2020) The relationship between stressors and intensive care unit experiences. Nurs Crit Care 25(2):109–116. https://doi. org/ 10. 1111/ nicc. 12465

11. Puntillo KA, Arai S, Cohen NH, Gropper MA, Neuhaus J, Paul SM et al (2010) Symptoms experienced by intensive care unit patients at high risk of dying. Crit Care Med 38(11):2155–2160. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM.0b013 e3181 f267ee

12. Puntillo KA, Max A, Timsit J-F, Vignoud L, Chanques G, Robleda G, et al (2014) Determinants of procedural pain intensity in the intensive careunit. The Europain® study. Am J Respir Crit Care Med 189(1):39–47.https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 201306-​1174OC

13. Devlin JW, Skrobik Y, Gelinas C, Needham DM, Slooter AJC, Pandharipande PP et al (2018) Clinical Practice Guidelines for the Prevention and Management of Pain, Agitation/Sedation, Delirium, Immobility, and Sleep Disruption in Adult Patients in the ICU. Crit Care Med 46(9):e825–e873.https:// doi. org/ 10. 1097/ ccm. 00000 00000 003299

14. Kalfon P, Boucekine M, Estagnasie P, Geantot MA, Berric A, Simon G et al (2020) Risk factors and events in the adult intensive care unit associated with pain as self-reported at the end of the intensive care unit stay. Crit Care 24(1):685. https:// doi. org/ 10. 1186/ s13054-​020-​03396-2

15. Stotts NA, Arai SR, Cooper BA, Nelson JE, Puntillo KA (2015) Predictors of thirst in intensive care unit patients. J Pain Symptom Manage 49(3):530–538. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jpain symman. 2014. 07. 001

16. Chanques G, Nelson J, Puntillo K (2015) Five patient symptoms that you should evaluate every day. Intensive Care Med 41(7):1347–1350. https://doi. org/ 10. 1007/ s00134-​015-​3729-x

17. von Elm E, Altman DG, Egger M, Pocock SJ, Gotzsche PC, Vandenbroucke JP (2008) The Strengthening the Reporting of Observational Studies in Epidemiology (STROBE) statement: guidelines for reporting observational studies. J Clin Epidemiol 61(4):344–349. https:// doi. org/ 10. 1016/j. jclin epi.2007. 11. 008

18. Rockwood K, Song X, MacKnight C, Bergman H, Hogan DB, McDowell I et al (2005) A global clinical measure of fitness and frailty in elderly people. CMAJ 173(5):489–495. https:// doi. org/ 10. 1503/ cmaj. 050051

19. Bagshaw SM, Majumdar SR, Rolfson DB, Ibrahim Q, McDermid RC,Stelfox HT (2016) A prospective multicenter cohort study of frailty in younger critically ill patients. Crit Care 20(1):175. https:// doi. org/ 10. 1186/s13054-​016-​1338-x

20. Flaatten H, De Lange DW, Morandi A, Andersen FH, Artigas A, Bertolini G et al (2017) The impact of frailty on ICU and 30-day mortality and the level of care in very elderly patients (≥ 80 years). Intensive Care Med 43(12):1820–1828.https:// doi. org/ 10. 1007/ s00134-​017-​4940-8

21. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, MacKenzie CR (1987) A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: development and validation. J Chronic Dis 40(5):373–383. https:// doi. org/ 10. 1016/0021-​9681(87) 90171-8

22. Zigmond AS, Snaith RP (1983) The hospital anxiety and depression scale. Acta Psychiatr Scand 67(6):361–370. https:// doi. org/ 10. 1111/j. 1600-​0447.1983. tb097 16.x

23. Snaith RP (2003) The hospital anxiety and depression scale. Health Qual Life Outcomes 1(1):29. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1477-​7525-1-​29

24. Helvik AS, Engedal K, Skancke RH, Selbak G (2011) A psychometric evaluation of the Hospital Anxiety and Depression Scale for the medically hospitalized elderly. Nord J Psychiatry 65(5):338–344. https:// doi. org/ 10.3109/ 08039 488. 2011. 560684

25. Sessler CN, Grap MJ, Brophy GM (2001) Multidisciplinary management of sedation and analgesia in critical care. Semin Respir Crit Care Med 22(2):211–226. https:// doi. org/ 10. 1055/s-​2001-​13834

26. Le Gall J-R, Lemeshow S, Saulnier F (1993) A New Simplified Acute Physiology Score (SAPS II) Based on a European/North American Multicenter Study. JAMA 270(24):2957–2963. https:// doi. org/ 10. 1001/ jama. 1993.03510 24006 9035

27. Li DT, Puntillo K (2006) A pilot study on coexisting symptoms in intensive care patients. Appl Nurs Res 19(4):216–219. https:// doi. org/ 10. 1016/j. apnr.2006. 01. 003

28. Zeger SL, Liang K-Y, Albert PS (1988) Models for longitudinal data: a generalized estimating equation approach. Biometrics 44(4):1049–1060.https:// doi. org/ 10. 2307/ 25317 34

29. Bursac Z, Gauss CH, Williams DK, Hosmer DW (2008) Purposeful selection of variables in logistic regression. Source Code Biol Med 3:17. https:// doi. org/ 10. 1186/ 1751-​0473-3-​17

30. Serlin RC, Mendoza TR, Nakamura Y, Edwards KR, Cleeland CS (1995) When is cancer pain mild, moderate or severe? Grading pain severity by its interference with function. Pain 61(2):277–284. https:// doi. org/ 10.1016/ 0304-​3959(94) 00178-h

31. Lin R, Li H, Chen L, He J (2022) Prevalence of and risk factors for thirst in the intensive care unit: an observational study. J Clin Nurs. https:// doi.org/ 10. 1111/ jocn. 16257

32. Nelson JE, Meier DE, Oei EJ, Nierman DM, Senzel RS, Manfredi PL et al (2001) Self-reported symptom experience of critically ill cancer patients receiving intensive care. Crit Care Med 29(2):277–282. https:// doi. org/ 10.1097/ 00003 246-​20010 2000-​00010

33. Negro A, Villa G, Greco M, Ciriolo E, Luraschi EL, Scaramuzzi J et al (2021) Thirst in patients admitted to intensive care units: an observational study. Ir J Med Sci. https:// doi. org/ 10. 1007/ s11845-​021-​02817-7

34. Doi S, Nakanishi N, Kawahara Y, Nakayama S (2021) Impact of oral care on thirst perception and dry mouth assessments in intensive care patients:an observational study. Intensive Crit Care Nurs 66:103073. https:// doi.org/ 10. 1016/j. iccn. 2021. 103073

35. Puntillo K, Arai SR, Cooper BA, Stotts NA, Nelson JE (2014) A randomized clinical trial of an intervention to relieve thirst and dry mouth in intensive care unit patients. Intensive Care Med 40(9):1295–1302. https:// doi. org/10. 1007/ s00134-​014-​3339-z

36. VonStein M, Buchko BL, Millen C, Lampo D, Bell T, Woods AB (2019) Effect of a scheduled nurse intervention on thirst and dry mouth in intensive care patients. Am J Crit Care 28(1):41–46. https:// doi. org/ 10. 4037/ ajcc2 019400

37. Arai S, Stotts N, Puntillo K (2013) Thirst in critically ill patients: from physiology to sensation. Am J Crit Care 22(4):328–335. https:// doi. org/ 10. 4037/ajcc2 013533

38. Leemhuis A, Shichishima Y, Puntillo K (2019) Palliation of thirst in intensive care unit patients: translating research into practice. Crit Care Nurse 39(5):21–28. https:// doi. org/ 10. 4037/ ccn20 19544

39. Lenz ER, Pugh LC, Milligan RA, Gift A, Suppe F (1997) The middle-range theory of unpleasant symptoms: an update. Adv Nurs Sci 19(3):14–27. https:// doi. org/ 10. 1097/ 00012 272-​19950 3000-​00003

40. Nassar Junior AP, Besen B, Robinson CC, Falavigna M, Teixeira C, Rosa RG (2018) Flexible versus restrictive visiting policies in ICUs: a systematic review and meta-analysis. Crit Care Med 46(7):1175–1180. https:// doi. org/10. 1097/ ccm. 00000 00000 003155

41. Olsen BF, Valeberg BT, Jacobsen M, Smastuen MC, Puntillo K, Rustoen T (2021) Pain in intensive care unit patients—a longitudinal study. Nurs Open 8(1):224–231. https:// doi. org/ 10. 1002/ nop2. 621

42. van Dijk JFM, Zaslansky R, van Boekel RLM, Cheuk-Alam JM, Baart SJ, Huygen FJPM et al (2021) Postoperative pain and age: a retrospective cohort association study. Anesthesiology 135(6):1104–1119. https:// doi. org/ 10.1097/ aln. 00000 00000 004000

43. Stotts NA, Puntillo K, Stanik-Hutt J, Thompson CL, White C, Rietman Wild L (2007) Does age make a difference in procedural pain perceptions and responses in hospitalized adults? Acute Pain 9(3):125–134. https:// doi.org/ 10. 1016/j. acpain. 2007. 07. 001

44. Schmidt M, Demoule A, Polito A, Porchet R, Aboab J, Siami S et al (2011) Dyspnea in mechanically ventilated critically ill patients*. Crit Care Med 39(9):2059–2065. https:// doi. org/ 10. 1097/ CCM. 0b013 e3182 1e8779

45. Demoule A, Hajage D, Messika J, Jaber S, Diallo H, Coutrot M et al (2022) Prevalence, intensity, and clinical impact of dyspnea in critically Ill patients receiving invasive ventilation. Am J Respir Crit Care Med 205(8):917–926. https:// doi. org/ 10. 1164/ rccm. 202108-​1857OC


Новые публикации

Все публикации
12 февраля 2024
Ангиотензин II